Вампирский роман Клары Остерман - Ульяна Черкасова Страница 58

— А кто же, если не он? – тут растерялся даже Афанасьев.

— Слуги Создателя. Мы посвятили свою жизнь борьбе со тьмой.

— Вот уж не знал, что монашки в наши дни сражаются с нечистой силой, – Афанасьев не сдержал смешка. – Вы бесов караете мечами или револьверами?

— Божьим словом, – оскорблённо фыркнула Сестра.

— Божий слово? – переспросил доктор Шелли.

Бедный иностранец! Если уж мы с профессором недоумеваем от суеверной чепухи, что несёт Сестра, то каково ему, ведь большую часть услышанного он и так не понимает.

Сани свернули на узкую дорогу, окружённую с двух сторон орешником, за которым белели овраги.

— В низине монастырь. Вон там.

У больших медных ворот с отлитым изображением Златы с разведёнными в стороны руками, из которых вырывалось пламя, горели две чаши. Мне редко приходилось сталкиваться с Сумеречными Сёстрами, на юге их мало, поэтому я впервые увидел Незатухающее пламя.

Я направил лошадей к воротам, и они вдруг беспокойно зафырчали.

— Что такое? – раздалось у меня за спиной. – Сестра, присядьте.

— Тише, – шикнула она. – Прислушайтесь.

Рычал огонь в чашах. Его жар был столь велик, что кожу мою обожгло тёплым воздухом.

— Что такое? – спросил я, не оборачиваясь.

— Огонь не пропустит зло, если оно следует за нами.

Я лишь покачал головой, едва сдерживаясь, чтобы не сказать, что думаю о глупых предрассудках.

Монастырь Сумеречных Сестёр Святой Златы огорожен высокими некогда белоснежными, но посеревшими и потрескавшимися от времени каменными высокими стенами, да ещё и оборудованными бойницами, точно настоящая крепость эпохи Тени. Посреди двора небольшой храм с настолько высокой башней-колокольней, на вершине которой стоит каменная сова, что это, очевидно, противоречит всей традиционной ратиславской архитектуре.

Вся остальная земля отведена под кельи (они располагаются в крепостных же стенах, у самой земли), служебные постройки, несколько изб, где монахини проживают зимой, огороды, сад и – что неожиданно – птичий двор. Сёстры держат у себя не только кур, но и сов, которые как считаются символами Святой Златы.

— Помогите донести ребёнка до избы, – попросила Сестра.

Мы остановились у крыльца одного из домов. Наша спутница позвала на подмогу, и на улицу тут же выбежали совсем юные послушницы.

Мы, трое мужчин, выскочили из саней. Доктор Шелли схватил свою сумку, как я понимаю, аптечную.

Я взял девочку на руки, хотел занести внутрь, но меня остановили.

— Мужчинам нельзя.

Втроём девушки в серых рясах забрали у меня ребёнка и понесли вверх по ступеням, а мы кинулись следом.

— Но доктор Шелли должен её осмотреть! – возразил я.

Эта полоумная, прости Создатель, встала в дверях, не намереваясь нас пропускать.

— Это земли Сумеречных Сестёр, и здесь другие законы. Мужчинам не место в наших стенах.

— Я не мужчинъ сейчас, господица, – нахмурился Шелли. – Я есть доктор! Доктор не мужчинъ и не женщинъ. Ему всё равно! – Он ткнул пальцем в небо. – Я лечить!

— Вы мужчина, – она свела тонкие мышиные брови на переносице. – И вы будете подчиняться законам этой земли.

— Сестра… – Афанасьев глубоко вздохнул, примиряюще поднимая руки. Он явно приготовился к долгим переговорам. – Мы желаем добра этому бедному дитя…

— Сумеречные Сёстры существуют, чтобы помогать людям и защищать от всякого зла. Поверьте, мы весьма искусны в целительстве.