Спящие боги - Ульяна Черкасова Страница 59

— Я.

Он сделал несколько шагов навстречу.

— Что случилось?

— Ты… а ты сам не знаешь?

— Скажи мне. – Он развёл руками, ощутив резко напавшую усталость.

Страх, что с одинокой девушкой в ночном лесу случится беда, прошёл, и вместо него нахлынули раздражение и злость.

Из темноты раздался жалобный всхлип, от которого Клевера передёрнуло.

— На что ты обиделась?

— Я не обиделась.

— Неужели?

— Я знаю, что ты не обязан меня брать с собой. Мы вообще едва знакомы, и… но я же спасла Финна.

— Как?

Она охнула и закрыла себе рот рукой.

— Говори. – Клевер сделал ещё шаг навстречу, а она попятилась. – Что случилось с Финном? Как именно ты его спасла? Это связано с тем, почему он пропадал?

Мелюзина замотала головой. Сумрак скрывал её лицо, и не получалось понять, что она при этом чувствовала, но длинными тонкими руками девушка обнимала саму себя, точно пытаясь вовсе сжаться в комочек.

— Я обещала ему, что ничего никому не расскажу, а особенно тебе.

— Хм…

— Но пойми, я должна что-нибудь сделать, чтобы всё исправить. Иначе я просто не смогу себя простить. Понимаешь?

— О чём ты?

— Это я, – пискнула Мелюзина едва слышно. – Это я привела Великого Вепря в Ллин-Пэр.

— Что ты имеешь в виду?

— Моя бабушка гвибодис, а я… ты же видишь, у меня хвост и вот эти, – она схватилась за свои рога с такой силой и отчаянием, точно надеялась их оторвать. – Такая, как я, никогда не сможет занять её место. Поэтому я убежала из дома и пошла к Драконьему Пику. Вещие Сёстры держат в руках нити всех судеб. Хотела попросить их изменить мою… но… Великий Вепрь спустился с горы раньше наступления весны, а я случайно ступила в его святилище. Вещие Сёстры прогнали меня, я даже не смогла с ними поговорить, объяснить всё… в общем, стоило мне вернуться домой, как Великий Вепрь напал на Ллин-Пэр. Он пришёл туда из-за меня. Это всё моя вина. И если кому-то и исправлять это, то тоже мне.

Повисла тишина, пока Клевер искал подходящие слова.

— Ты не виновата.

— Конечно же виновата! Таким, как я, нельзя приближаться к сиду бога-Хранителя.

Вдруг Клевер уловил движение в стороне: не услышал, не увидел, скорее ощутил, что на него смотрели. В свете усмехающегося месяца было нелегко разглядеть что-либо. И всё же гордый величественный силуэт выделялся на фоне бескрайней равнины даже теперь.

Олень стоял вдалеке и не шевелился. Он ещё не сбросил рога, а те успели за год разрастись в величественную корону, что, точно дерево, высилась над головой. Медленно, стараясь не спугнуть, Клевер поднялся, сделал пару шагов навстречу. Олень не убегал.

Мелюзина хотела что-то сказать, но Клевер махнул ей рукой, чтобы замолчала, и сделал ещё шаг навстречу.

Раньше на Драконьем Нагорье жили сотни и сотни этих дивных животных. Род Дейве изображал их на своём гербе. Но чем больше становилось шахт на острове, тем реже встречались олени.

Ночью они и вовсе должны спать. Но этот олень пришёл, точно намеренно желал повстречать последнего из рода Дейве, и даже не убегал, несмотря на шум, поднятый Мелюзиной. Он смирно стоял на одном месте и наблюдал за ними с королевским спокойствием.

— Мы есть, – едва слышно произнёс Клевер.

Что-то треснуло в роще за спиной, и животное сорвалось с места, уносясь прочь в темноту долины.

С губ Клевера сорвался смешок.