Пленница аскадцев. Цена свободы - Алена Бондар,Карина Рин Страница 6

— Нет, — тут же отказываюсь. — Я лучше в избе останусь, — бросаю с вызовом.

Я не сдамся, хотя внутри уже грызёт понимание, что без магии и невыносимого фамильяра я влипла по-настоящему.

И как подтверждение того, что сила сейчас не на моей стороне, мужчина меня отпускает. Но тут же появляется первый. Он уже закатил рукав и видит, чем я его нагородила. Красный ожог красуется на его руке.

За который, я уверена, он заставит меня поплатиться. Он подходит вплотную и смотрит с тяжестью во взгляде и с явным преимуществом.

А потом, чтобы продемонстрировать свою власть, жёстко хватает меня за подбородок и заставляет запрокинуть голову. Но я не та, на кого можно просто напасть.

Я вырываюсь — и тогда он хватает меня за горло. Отнюдь не нежно, а с силой, чтобы я поняла: шутки с его стороны закончились.

И я это понимаю, встретившись с его взглядом. Он, как хищник, смотрит мне прямо в глаза, склоняется ближе, нагнетая давление, и произносит тихо, так, чтобы слова возымели пущий эффект:

— И молись всем богам Асгарда, чтобы в пути я не отдал тебя своим воинам, — сурово произносит, и, резко отпустив, просто уходит.

Глава 2 Эйрик

Глава 2 Эйрик

За несколько дней до событий в избе Мираны

— Пора бы что-то предпринять! — возмущённо произносит ярл Скель, сын Хальвора, поднимаясь и резко тряся рукой. — Нельзя просто сидеть и ждать, пока зло, которое пришло через западные горы, настигнет наши земли.

После этого заявления все начинают гудеть, голоса накатывают волной, перекрывая друг друга, а пламя дров в костре в центре главного дома ярла Скеля тихо потрескивает, отбрасывая на стены пляшущие тени.

Именно у него собрался совет ярлов и сам конунг.

Запах дыма, сырого дерева и оружейного железа висит в воздухе. Теперь конунг Сигмар сидит возле костра, рядом с ним молодая жена, а спереди полукругом сидят ярлы так, чтобы правитель мог каждого видеть.

— Оно уже настигло мои земли! — с претензией вопит ярл Брон, сын Гуннара. — Ты не забыл, Скель, что мои земли на западе⁈ Я уже пострадал! — подчёркивает значительно, ударяя ладонью по колену. — И пока вы здесь сидите и точите свои языки, мои люди там умирают!

Это заявление даёт новый виток криков и даже матов. Кто-то вскакивает, кто-то спорит, не слушая других. Все эмоционально обсуждают происходящее, перебивая и обвиняя друг друга.

И пока никто не знает, с каким именно врагом столкнулся ярл Брон, никто и не спешит конструктивно решать его проблемы.

И тогда конунг поднимает руку, требуя тишины. Но случается это далеко не сразу — напряжение в зале приличное, тяжёлое, словно перед бурей.

— Для начала нам нужно узнать, с каким именно врагом мы имеем дело, — произносит конунг внушительно, и его голос постепенно перекрывает шум. — Да, земли Брона подверглись нападению. Но враг приходит ночью и уходит на рассвете и не оставляет ни единого следа. И забирает с собой всё, даже мёртвых, оставляя за собой только пустые деревни и поселения, — подчёркивает он важность обсуждаемой темы, давая словам осесть.

— Мы пытались понять, с чем имеем дело, — уважительно обращается Брон к конунгу, уже сдержаннее. — Но все воины, которые были посланы на разведку, не вернулись.

И это не добавляет ответов, а только множит их. В зале на мгновение повисает тишина, тяжёлая и тревожная.