Полыхающий рассвет - Лисса Соллей Страница 61

— А ведь это и не сказка, Риччи. Это то, что действительно происходило. Северо-южные отношения с давних времён были очень тёплыми.

— А как же тогда праздник появился?

— В день, когда Хан Нафиз принял поражение, было решено из разросшейся за войну деревни сделать город. А вечером устроили праздник. По варяжским обычаям гулянья, то есть празднества, должны были идти несколько дней. По атманским обычаям выбрали три дня. И их как раз и назвали Милори. От варяжского «милый» – приятный и дорогой…

— И от атманского «смрити» – память, – закончил Нишант и вплёл сестре в волосы ещё одну цепочку, бусинки на которой слегка звенькнули на плече. – А тебе, вижу, очень понравились северные сказки? Всё утро от Альберта не отставал.

— А мне только в радость.

Ал осторожно завязал на конце косы сестры накосник и затянул на лбу красиво вышитую ленту сиреневого цвета – очелье.

Несколько нитей из бусин чарующе переливались среди белых волос, а серебряные усерязы из кистей бубенчиков Альберт красиво зацепил на висках за очельем. От висков Морганны шли две косы, которые на затылке переплетались в одну. Хели поменялись местами, и Анна встала заплетать брата. Она повторила всю причёску, заколола на макушке фибулой косу и зацепила за наголовень такие же усерязы.

Ричард посмотрел в зеркало на свои криво обрезанные волосы и вздохнул.

— А мне мало. Варяжье очень интересное! – Мальчик залез на диван и сел к Альберту. – Расскажи ещё! Я хочу знать больше. Вдруг отец не будет любить глупого мальчика?

Ал покачал головой и лишь растрепал его волосы.

— Клаус будет только рад лично заняться твоим обучением. Жаль только, он не сможет научить тебя магии.

Ричард тут же поник.

— Однако мы знаем ту, что сможет. – Морганна подхватила мальчишку на руки и закружила по комнате под его заливистый смех.

Нишант на секунду отвлёкся и невольно засмотрелся на Хель. Улыбка так красила её, что Фаввара отвернулся сразу же, как почувствовал, что щёки стали гореть.

— Вы, верно, про свою подругу? – Нишант вручил сестре одежду и отправил в комнату, чтобы она переоделась. – Кажется, она была ведьмой.

— Салем одарённая. Она чародейка, а не ведьма, – поправил его Альберт и стянул с себя рубаху. – Это разные вещи.

— Почему? – Ричард тут же прекратил смеяться и обнял Морганну за плечи. – Чем разные?

— Ведьмы – ведают магию, знают магию, потому что с ней. А чародеи – чары делают, то есть магию постигают, ведь это их дар, – объяснила Хель. – И мы попросим…

— Вернее, попросишь ты.

— Попросим мы оба, – с настойчивостью повторила Морганна и прижала к себе мальчика. – Не обращай на это внимания. Велли вредничает.

— Ничего не вредничаю! – Альберт натянул новую светлую рубаху и в возмущении повернулся к Нишанту. – Ты же помнишь её! Ей палец в рот не клади – по локоть откусит!

Фаввара рассмеялся.

— Однако же, видно, вы до сих пор дружите?

— Я предпочитаю умалчивать о моих намеренных жизненных ошибках.

— Салем очень умная и сильная чародейка. Она научит тебя правильно обращаться со своими силами, – пояснила Морганна.

— А почему Альберт так говорит о Салем?

— Потому что шибко умная. – Ал скрестил руки на груди. – И ведь её не переспорить! Всегда найдёт какое-нибудь чудное слово, о котором ничего не знаешь! Или вовсе о чём-то своём заговорит, будто не из мира сего. – Он выдохнул и продолжил более спокойно: – Но она действительно много чему тебя научит. Сама ведь не у кого попало науку постигала.