Псы и чародеи. Книга 1 - Наталья Резанова Страница 62

На сей раз Лайгде явился, вероятно, из любопытства. Посмотреть, что делает маг при допросах. Горонви приходил сюда уже в третий раз, мог дойти до камеры без сопровождающего, и происходящее начало представляться ему рутиной. Вся разница была, что при одном допросе присутствовал комендант Дворцового пристроя, при другом – нет, а почему – Горонви не знал, да его это и не интересовало. Сегодня он тоже был. За столом, куда усадили Горонви, расположился Фиахра, гораздо более бодрый, чем можно представить при такой нагрузке, у краешка стола притулился протоколист. Стража отдыхала за дверью. Зато Дабару, Хуссе и его подручному, имя коего Горонви не запомнил, а скорее всего и не услышал, отдыхать почти не приходилось. Дабар, насколько мог судить Горонви, и ночевал здесь. Однако угрюмая физиономия палача не выражала усталости. Никаких иных чувств – тоже.

Горонви мог разглядеть это без труда. Хотя помещение для допросов по традиции не имело окон, на столе пылали свечи. А как же иначе вести протокол? Да еще жаровня. Короче, света было достаточно. Только стоит ли смотреть? Рожи палачей не представляют интереса по определению, а когда пытаемые лгут, можно определить не глядя, по голосу.

Олери опять потерял сознание и не пришел в себя, когда Хусса облил его водой.

— Может, помер? – предположил Фиахра.

Хусса сделал оскорбленное лицо от такого недоверия к его профессионализму, а Дабар просто помотал головой.

— Тогда лекаря сюда, – великодушно распорядился его светлость.

— Сбегай, – приказал комендант подручному Хуссы.

— Или вот что, – задумался Лайгде. – Пусть его лучше снимут с дыбы и отволокут в камеру. И лекарь пусть туда же идет. А мы не будем тратить лишнего времени, и пусть ведут следующего. А мастера пока могут передохнуть.

— Кстати, ваша светлость, – деловито осведомился Фиахра, – госпожа княгиня упоминала при мне какого-то аптекаря с исключительным набором снадобий. Не сочтите за дерзость, но мне хотелось бы знать его имя. Желательно бы иметь здесь что-нибудь сильнодействующее для приведения в чувство.

— Дельная мысль, хорошо, я спрошу у ее светлости.

Пока господа обсуждали вопросы первой помощи, пока бесчувственного Олери снимали с дыбы, в дверь, приоткрытую подручным Хуссы, протиснулась Кери. Она приходила сюда не в первый раз, и стражники знали ее. Во время допросов ее в камеру, разумеется, не пустили бы, а в перерыве – отчего бы и нет, пусть приходит. Даже Лайгде и Фиахра не обращали на нее внимания.

Горонви не ошибся – Дабар действительно в последнее время не ночевал дома. И хоть сейчас Кери знала, где он и что с ним, она еще не успела отойти душой после его возвращения. И каждый раз она собирала кое-какую еду, увязывала в узелок и направлялась в Дворцовый пристрой. Кери не задавала себе вопроса – нуждается ли сейчас Дабар в еде и питье. Размышления такого рода не успокаивали ее изболевшееся сердце. Она должна приносить обед своему мужчине, и все. Хорошо, господа здесь добрые, с пониманием, не препятствовали.

Горонви видел женщину с узелком, закутанную в платок, в первый раз, но, судя по реакции высоких господ, точнее, по полному ее отсутствию, ее появление не было неожиданным и внимания она не стоила. Он потянулся, разминая мускулы. К сожалению, места дознавателей не предполагали кресел с удобной спинкой, а мысль о том, чтобы прислониться к стене камеры, ему претила.