Пленница аскадцев. Цена свободы - Алена Бондар,Карина Рин Страница 63

— Сегодня получилось побольше колбаски принести, — улыбаясь, произносит она, исключительно смотря на Алрика.

А вот мужчина не улыбается, будто её приход и такая забота — само собой разумеющееся. Ни благодарности, ни одобрения.

Ах, значит, здесь лишние и безответные вздохи, охи с её стороны. Значит, она уже давно выстроила себе в голове красивую сказку про мужа-воина и о том, что она будет жить в замке.

— Проходи, — пропускает её мужчина.

И она, конечно же, умудряется стукнуть меня плечом, хотя места предостаточно. Лёгкий толчок, но с намерением.

Я уже поднимаю руку, чтобы ответить ей магией, привычным импульсом, но вовремя вспоминаю, что её запечатана, и лучше не показывать это перед мужчиной. Пальцы замирают в воздухе, и внутри неприятно пусто.

— Не обращай внимания, — мягко произносит он, накрывая мою руку своей.

— Она явно тебе в жёны метит, — фыркаю и открываю ему глаза на эту девку.

— Ха, Мирана! — громко смеётся от всей души Алрик. Смех у него низкий, густой, будто ему искренне забавно. — Пойдём, — обняв меня за талию, ведёт из дома в лес.

Притягивает ближе, уверенно, демонстративно, словно давая понять, кому сейчас уделено внимание.

А я не сопротивляюсь, но запоминаю, что нужно чутко спать, а то она может и прирезать ночью. С таким взглядом женщины иногда идут на глупости.

И когда мы проходим вглубь леса, и снег вовсю шуршит под ногами, холодный воздух щиплет щёки, а дыхание вырывается паром, мужчина начинает рассказывать.

— Я действительно путешествовал и однажды забрёл в соседнее поселение, — поясняет и ведёт меня дальше. — И местные жители страдали от вампиров. Они жили в этом замке и постоянно крали людей. Я предложил избавить их от этой напасти, — заканчивает он налегке, будто речь идёт о пустяке.

— Вот так просто ты пошёл один на сколько? — не скрывая скепсиса в голосе, спрашиваю и смотрю на него пристально.

— Около двадцати или тридцати, уже не помню, — отвечает непринуждённо.

— Сам? — настаиваю именно на этом.

— А что тебя удивляет, Мирана? — налегке спрашивает мужчина и останавливается, повернувшись ко мне лицом. — Разве я был не один, когда перебил отшельников?

Один. Больше никого не было. Я это видела.

Но то отшельники, застрявшие в веках, а это вампиры.

— Но как? — спрашиваю, уже без насмешки.

И он хищно ухмыляется. Улыбка остаётся на губах, но взгляд становится серьёзным.

— Если я поставлю себе цель, то достигну её любой ценой, — всё ещё улыбаясь, произносит он.

Только глаза теперь холодные. Жёсткие.

И в них нет бравады — там сталь.

— И какая у тебя сейчас цель? — спрашиваю, понимая, что, как бы мне ни хотелось задержаться, лучше здесь не оставаться надолго.

Мысль об этом царапает изнутри, неприятно и настойчиво. Инстинкт шепчет, что рядом с этим мужчиной слишком легко потерять осторожность.

— У меня есть определённые планы, которые требуют моего вмешательства, — расплывчато говорит он.

Уходит от прямого ответа так же легко, как и от всего остального. А потом убирает прядь моих волос за ухо, так, будто сто раз это делал раньше. Привычно. Уверенно. И между нами воцаряется напряжённая тишина.

Вот только она не пустая. Она наполнена недосказанностью, плотным ожиданием и чем-то тягучим, почти интимным. Воздух будто становится гуще, тяжелее.