Сага о принце на белом коне. Книга 1 - Юлия Стешенко Страница 64

Ива, задержав дыхание, вслепую сунула Торвальду светильник и вылетела за дверь. Едва успев свеситься с крыльца, она вывернула на жухлую траву скудные остатки завтрака, отерла ладонью рот – и снова согнулась в позыве рвоты. Вязкая нитка слюны потянулась изо рта, но пустой желудок не в силах был ничего из себя исторгнуть и только сжимался в мучительных спазмах.

Сзади раздались шаги.

— Вот. Выпей.

— Бьер? – слабым голосом спросила Ива.

Вот только бьера сейчас не хватало. Мерзкая, теплая, горькая дрянь…

— Почему бьер? Вода. Пей, – Торвальд сунул ей кружку в руки. Ива сделала осторожный глоток – действительно, просто вода. Холодная, чистая и свежая настолько, что казалась сладкой.

— Спасибо, – она сделала еще пару глотков, тревожно прислушалась к ощущениям. Вода плескалась в желудке, ледяная, тяжелая и инородная, но на выход вроде бы не стремилась. И то хорошо.

— Прости. Я не подумал, что… Не надо было тебя… – Торвальд, внезапно утратив добродушную снисходительную уверенность, мычал и запинался, как первоклашка у доски.

— Да ладно. Ты же меня не силком тащил, я сама согласилась, – Ива сделала еще глоток, погоняв воду во рту, чтобы смыть мерзкий привкус. – К тому же это моя идея была.

— Но посмотреть-то я и сам мог! Хеллева тьма! Спину забыл! – Торвальд звонко, с размаху хлопнул себя ладонью по лбу. – Нужно же еще спину осмотреть! Подожди тут, я сейчас…

— Не надо, – Ива, рефлекторно вскинув руку, поймала его за рукав, и Торвальд остановился, озадаченно нахмурившись.

— Что?

— Не надо спину. Мы и так знаем, что убийца бил сзади. Один или два удара – какая разница?

— Думаешь? Но… А если… – Торвальд хмурился все сильнее, даже губу закусил от усилия. – Хотя да. Без разницы. Даже если сначала в сердце пырнул, а потом горло перерезал, все равно ведь сзади стоял. Значит, свой был.

Глава 20. О разнице культур

— Так-так-так. Еще раз. Что именно ты делала?

— Проводила обряд экзорцизма. По просьбе Торвальда, – обреченно повторила Ива. И поникла повинной головой. Все, что сейчас скажет Барти, она прекрасно понимала сама – и была согласна с каждым его словом заранее.

— Ты поперлась на другой конец этого гребаного Грейфьяля, никому об этом не сказав. Просто села на коня, выперлась за периметр и поехала. Кстати, знаешь, как дежурный описал твоего сопровождающего? Какой-то здоровенный белобрысый лось! Белобрысый, мать его, лось! Да таких среди местных процентов восемьдесят! Уехать с белобрысым лосем в Грейфьяле – все равно что в Африке с чернокожим уйти! Если вдруг что, круг вероятных подозреваемых будет включать все мужское население города!

— Кроме седых и лысых, – зачем-то уточнила Ива, прекрасно понимая, что Барти сейчас выбесится.

И Барти выбесился.

— И рыжих! Рыжих еще забыла! Не восемьдесят процентов, а семьдесят пять! Огромная, мать его, разница!

— Но я же поехала с Торвальдом…

— Это ты знаешь, что поехала с Торвальдом! А мне рассказали, что с каким-то подозрительным мужиком!

— Мог бы и сам догадаться. В конце концов, Торвальд – единственный белобрысый лось, которого я знаю лично, – Ива не отрицала свою вину, но у любого смирения есть границы. А Барти эти границы не просто игнорировал – он их с землей ровнял.

— Так я и догадался! Хотя бы по белой лошади – не самая распространенная масть в местном поголовье. Но Ива… Ты видела Торвальда всего два раза в жизни! Но поехала с ним хрен знает куда и хрен знает зачем!