Магический детокс или новогодний сюрприз для ведьмы - Виктория Дениз Страница 65

— Виола, ты ведешь плечом. Перестань. Плечо расслаблено, движение идет от центра. Отсюда, — Селеста коснулась собственного живота. — Здесь живет импульс. Не в голове, не в ногах. Здесь.

Виола попробовала. Перестала думать о шагах, сосредоточилась на ощущении — его рука, музыка, пол под ногами.

И вдруг — что-то щелкнуло. Как заевший замок, который наконец провернулся.

Они двигались. Не идеально, не профессионально, но вместе. В одном ритме, в одном направлении. Его тело говорило, ее отвечало. Поворот, шаг назад, шаг вперед, и вот они кружатся, и зеркала отражают двух людей, которые выглядят так, будто делали это всегда.

— Вот! — воскликнула наставница. — Вот оно!

Музыка закончилась, но они продолжали двигаться еще несколько секунд — по инерции, по памяти тела.

Остановились. Виола тяжело дышала, но улыбалась.

— Это было…

— Другое, — закончил Рейнар. — Совсем другое.

— Это и есть танец, — Селеста подошла, и в ее глазах было что-то теплое, почти материнское. — Не шаги. Не фигуры. Разговор. Вы только что провели целый разговор, не произнеся ни слова. И знаете что? Вы сказали друг другу больше, чем за все дни словесных ритуалов.

Виола посмотрела на Рейнара. Он смотрел на нее. И она поняла, что Селеста права — в этом танце было все. Страх и доверие. Память о прошлом и осторожная надежда. Его сила и ее упрямство, которые каким-то чудом складывались в гармонию, а не в конфликт.

— Давайте еще раз, — попросила Виола.

Селеста подняла брови.

— Это впервые за мою практику, когда просят повторить. Обычно умоляют остановиться.

— Да-да, еще раз, — подтвердил Рейнар.

Хореограф улыбнулась и открыла шкатулку.

Они танцевали снова. И снова. Каждый раз — чуть свободнее, чуть смелее. Селеста корректировала мелочи — угол поворота, положение головы, длину шага, но главное уже работало. Доверие. То самое, которое они потеряли три года назад и которое медленно, шаг за шагом, возвращалось.

На четвертом или пятом повторе Виола поймала себя на том, что ей не хочется останавливаться. Что в этом движении — его рука, ее рука, кружение, музыка — есть что-то, чего ей не хватало. Не романтика. Не близость. Партнерство. Ощущение, что кто-то ведет и ему можно довериться.

Она давно не доверяла. Никому. Даже себе.

— Рейнар, — прошептала она на очередном повороте.

— М?

— Ты хорошо ведешь.

Он посмотрел на девушку с удивлением. Потом улыбнулся — медленно, тепло, той фирменной улыбкой, которую она помнила с момента их знакомства.

— Ты хорошо следуешь. Когда перестаешь сопротивляться.

— Я не сопротивляюсь.

— Виола, ты сопротивляешься всему. Это часть твоего обаяния.

Она фыркнула, и они сбились с ритма. Селеста сказала «стоп, стоп, стоп, вы опять болтаете вместо того, чтобы танцевать», и они начали сначала.

К обеду они оба устали, но танец начал получаться по-настоящему.

— Достаточно, — объявила наставница. — Идите поешьте. Вечером в семь — бал. Будьте готовы.

За обедом Виола со стоном рухнула на стул в столовой.

— У меня болят ноги.

— У меня болит все, — пробормотал Рейнар, садясь напротив.

— Никогда не думала, что танцы — это так физически тяжело.

— Это потому, что леди Селеста — настоящий тиран.

— Красивый, элегантный тиран.

Они рассмеялись.

Астра подошла с подносом, на котором дымились тарелки с супом.