Виноваты стулья - Марианна Красовская Страница 66

Вторая записка была куда более лаконична: «Жду в 11.00». Илья поклялся, что не оставит Станиславу без присмотра до самого вечера, Кристина и Георг его радостно поддержали. И я решилась. В конце концов, Стаська быстро и уверенно выздоравливала. Она уже не была грудным младенцем и прекрасно переживет какое-то время без матери. Рядом с ней останутся три взрослых человека (и это не считая слуг). Можно не корить себя угрызениями совести и хоть немножко развеяться.

Сборы были недолгими. Верейск мы покидали второпях, подарков для подруг с собой я никаких не брала, поэтому лишь заехала в кондитерскую лавку и купила пряников, конфет и орехов в сахаре, чтобы не приезжать в гости совсем уж с пустыми руками. Дом Аделины находился в одном из старых районом Москвы, почти что на окраине. Георг, снова выступивший в роли таксиста, нашел его с некоторым трудом.

— Непростые у вас подруги, Анна Васильевна, — с уважением заметил он, разглядывая огромный старый особняк, рядом с которым дом Донкан-Кичигиной мог показаться флигелем садовника.

— Сама в шоке, — призналась я.

Неожиданно и странно: Аделина оказалась куда богаче, чем я могла ожидать. Впрочем, в письмах ее материальное положение не обсуждалось, в этом не было никакого смысла. Я помнила лишь одно: Аделина младше супруга на добрых двадцать лет, что, впрочем, вовсе не мешало ей любить мужа всем сердцем. А если в семье царит любовь и уважение, то какая к черту разница, кто там старше или младше?

Трехэтажный особняк с колоннами был обнесен высоким кованым забором, за которым виднелся большой ухоженный парк. Возле забора зеленели туи и сосны. Солидный достаток виднелся в каждой детали: и в аккуратно подстриженных деревьях, и в широких дорожках, и в солидных стальных воротах, которые приветливо распахнулись, едва автомобиль Георга к ним подъехал. Привратника при этом никакого не наблюдалось, и я сделала вывод, что тут задействован какой-то новомодный электрический механизм.

— Интересно, кто такой этот господин Колпацкий? — снова проворчал Георг, нервно вцепившись в руль. — Надо было узнать.

Я вышла у высокого крыльца. Подняла голову, зачарованно рассматривая светлые окна и портики на крыше.

— Во сколько за вами приехать, Анна Васильевна?

— Обратно доберусь сама, — сказала я Георгу. — Не беспокойся. Такси вызову. В смысле, извозчика поймаю.

— Ну-ну, — недоверчиво качнул головой юноша. — Будьте все же осторожны. Это не Верейск, тут полно всяких прохвостов. Женщине да по темноте не стоит ходить одной, пусть вас кто-то проводит.

— Георг, я же не ребенок, — вздохнула я. — Я взрослая самостоятельная женщина. Как-нибудь разберусь.

Поднявшись на крыльцо, на миг замерла: стучать ли? Но ведь меня ждут, в окна видели мой приезд. Просто толкнуть дверь? А прилично ли это? Пока я тупила, двери распахнулись, и на меня обрушился лилово-розовый вихрь, благоухающий цветочными духами.

— Моя дорогая Аннет, как я счастлива тебя наконец видеть! Проходи же скорее! Мальчики, поздоровайтесь с моей лучшей подругой!

Сыновья Аделины, выстроившиеся в ряд, оказались похожи как две (три) капли воды. Все высокие, кудрявые, смуглые и темноглазые. Все, очевидно, в отца — сама-то Аделина светленькая. Сколько же им лет? Старшему, кажется, тринадцать. Или уже четырнадцать? Младший — ровесник Стаськи, значит, ему около девяти. А средний, полагаю, где-то в серединке.