Сквозь лед и пламя - Андрей Булычев Страница 66

Лужин, заметив генерала, лихо вскинул руку к мокрой голове, изображая воинское приветствие.

— Ваше превосходительство, дозвольте народу пяток минут отдыха? – крикнул он с озорной улыбкой. – А то пропахли как цыганские кони, не то что к пьемонтцу – к своим подходить зазорно.

— Отдыхайте, Фёдор Евграфович, – махнул рукой Егоров. – Через час выступаем. А пока – мойтесь, стирайтесь, водой запасайтесь. Впереди, чай, не скоро ещё такое счастье встретится.

— Ура генералу! – гаркнул кто-то из егерей, и десятки голосов подхватили: – Ура-а-а! – Но кричали негромко, больше для порядка, потому что каждый был занят своим делом: кто ноги полоскал, кто портянки стирал, кто просто лежал на камнях, подставив лицо влажной вечерней прохладе.

Лужин, наскоро выжав штаны и натянув их обратно, подошёл к краю бассейна, где Аникеев и Быков, уже одетые, протирали сухими тряпками ноги.

— Ну что, орлы, – произнёс он, оглядывая своих унтеров, – отдохнули – и будет. Слыхали – через час снова в путь. А пока – глядите, чтобы ни одна фляга в роте пустой не осталась. Набирайте воду в любую посудину, запасная никогда не помешает.

Аникеев, закручивая пробку на водоносной фляге, кивнул:

— Уже, Фёдор Евграфович. Полные у всех, набрали. До завтрашнего полудня теперь точно хватит.

— До полудня, может, и хватит, – задумчиво произнёс Лужин, глядя на восток, – а вот как оно там дальше будет – одному Богу известно.

Он перекрестился, затянул пояс и, подхватив свой штуцер, зашагал к интендантским повозкам, которые уже начинали втягиваться в городские улочки. За ним, не спеша, потянулись остальные унтера.

Вода в фонтане всё так же журчала, разбиваясь о каменные чаши, и этот звук ещё долго провожал егерей, когда они, посвежевшие, покидали площадь.

В Вогере егерей ждал сюрприз. На рыночной площади перед цитаделью стояли австрийские драгуны, а в комендатуре Егоров встретил офицера штаба Меласа. Тот сообщил, что Суворов со своими войсками уже выступил к Страделле и сейчас, по слухам, подходит к Тидону.

— Как к Тидону?! – переспросил огорошенно Егоров. – Там ведь такое расстояние! Как он успел?

— Фельдмаршал прошёл восемьдесят вёрст за сорок часов, – ответил австриец с уважением в голосе. – Ваши русские – это не люди, это какие-то демоны. Половина наших людей полегла по дороге, а он ещё и готовится в бой вступить.

Егоров скомандовал часовой отдых, а сам с десятком конных поскакал вперёд, к реке Скривии, где, по словам австрийца, ещё совсем недавно стоял Суворов.

Фельдмаршала нашли на холме, уже затемно. Он сидел на барабане, в одной белой рубашке, расстегнутой у ворота, и смотрел на восток. Рядом с ним, на вороном коне, восседал великий князь Константин Павлович. Лицо его, ещё юное, но уже тронутое суровостью походов, было обращено туда же, куда смотрел Суворов.

Алексей спешился, подошёл строевым и приложил руку к треуголке.

— Ваше высокопревосходительство, лейб-гвардии егерский полк и полк генерал-майора Поздеева за мной на марше, через час оба будут здесь.

В глазах Суворова мелькнула тёплая искра.

— Всё же поспели, Алексей Петрович. Молодцы! – воскликнул он, вскакивая. – Гонцы донесли, что вы перевал у Чевы накрепко заперли. Спасибо. Теперь вся армия Моро в Ривьере застряла, пока он обходные тропы ищет.