Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов - Михаил Михеев Страница 68

Впрочем, и паники не было. Скорее всего, просто из-за понимания ее бесполезности. Народ просто неотрывно смотрел на экраны и лишь после окрика матери покинул рубку. Тогда-то Алекс и спросил насчет радаров.

К его удивлению, мать не отшила его и не выгнала следом за остальными. Лишь вздохнула:

— Просто наши радары не пытаются глушить. Мы работаем на таких древних частотах, что их даже не рассматривают при программировании антирадарного противодействия. Не переживай зря.

А он и не переживал, причем совершенно. Главное, работает. Куда больше его занимали чужие корабли, обшаривающие систему своими радарами. И, судя по тому, как нервничала мать, шансов уклониться от встречи у них было немного.

Скрыться от радара, замаскироваться под астероид… Раньше такое было возможно, сейчас – увы. Современная аппаратура оценивает не только размер тела, но и его плотность, а главное, энергетическую активность. Более современные боевые звездолеты умеют маскироваться. До определенного предела, разумеется. Но старичок «Изумруд» подобного оборудования попросту не имел.

Опасения подтвердились через полчаса, когда звездолеты изменили курс и двинулись в направлении, неминуемо пересекающемся с курсом фрегата. И уйти у «Изумруда» точно не получалось – современные корабли могли идти с многократно большим ускорением.

К удивлению Алекса, мать словно бы даже успокоилась. Внимательно следила за экранами, но не пыталась хоть что-нибудь сделать, просто продолжала разгон. Немцы же гнали во всю дурь, и уже через несколько часов замерцал сигнал вызова, а потом рубку заполнил голос одного из преследователей, мягкий, даже приятный баритон, испорченный лающим немецким акцентом.

— Приказываю заглушить двигатели, лечь в дрейф и принять на борт досмотровую группу.

— Вот так, ни тебе здрасьте, ни представиться, – мать неожиданно весело подмигнула Алексу. – Сразу к делу. Если бы не его произношение, я бы их за янки приняла, – и, повернувшись к пульту, громко ответила: – Fick dich in den arsch, arschloch[6].

Ответ не заставил себя ожидать. Немецкий корабль плюнул огнем, и через несколько секунд ком плазмы растекся по силовой защите «Изумруда». Повезло, что дистанция была практически предельная, и заряд растерял порядка девяноста процентов энергии. И все равно фрегат содрогнулся. Еще один выстрел, и…

— Неизвестные корабли. Немедленно прекратить огонь и покинуть систему. На исполнение двадцать минут!

Крейсер выстрелил снова, но не столь точно – мать успела отработать рулями, и огненный трассер прошел впритирку с границей защитного поля. А затем пространство в четверти астрономической единицы позади немецких кораблей завибрировало, и там материализовался «Александровский». Буквально через мгновение он насадил немецкий флагман на ярко-белую огненную спицу. Еще секунда – и крейсер взорвался, превратившись в облако раскаленной пыли. Все случилось так быстро и внезапно, что остальные попросту не успели ничего сообразить.

Эсминцы пережили своего флагмана на считаные секунды. Они бросились в стороны, как тараканы от тапка, но уйти от боевой станции, рассчитанной на схватку с парой-тройкой линкоров, шансов у них попросту не было. «Александровский» расстрелял их, как на учениях.

— Вот и все… – улыбнулась мать, но закончить фразу ей не дали. Двери рубки распахнулись, и на пороге появился Йозеф, ошалелый и взъерошенный.