Выбор злодейки. Дракона не предлагать! - Мария Соник Страница 69

Тьма на мгновение замерла, будто прислушиваясь.

— Я не боюсь, — повторила я, и голос мой стал тверже. — Потому что там, снаружи, меня ждет дракон, который любит меня. Который готов сжечь весь мир ради меня. А у тебя нет ничего, кроме тьмы, которую тебе дали хозяева, которым ты сам раб.

Артефакт дрогнул. Я почувствовала это — колебание, неуверенность.

— Ты хочешь жрать страх? — усмехнулась я сквозь боль. — А у меня его нет. Есть любовь. Хочешь любви? На, попробуй.

И я представила Кейна. Его глаза. Его улыбку. Его руки. Его голос, шепчущий «я люблю тебя». Тепло, которое разливалось внутри, когда он был рядом.

Тьма отпрянула. Буквально — отшатнулась от моей руки, будто обжегшись.

— То-то же, — выдохнула я.

И рванула артефакт с шеи Изель. Цепочка лопнула, камень оказался у меня в руках. Тьма внутри него металась, билась, но не могла причинить мне вреда — я просто не боялась. Во мне не было страха. Только любовь. Только решимость.

— Отдай! — закричала Изель, бросаясь на меня с искаженным лицом. — Отдай, это мое!

— Лови!

Я швырнула артефакт в стену изо всех сил. Камень разбился с оглушительным треском, и тьма вырвалась наружу — черным вихрем, завыванием, криком тысячи голосов. Изель закричала, закрывая лицо, но тьма не тронула ее — она устремилась прочь, в никуда, растворяясь в воздухе, унося с собой зло, копившееся веками.

А на пол, прямо к моим ногам, упало то, что я искала. Маленький светящийся шарик — часть души Кейна. Теплый, золотой, пульсирующий жизнью.

Я наклонилась, чтобы поднять его, и вдруг почувствовала резкую, режущую боль в боку. Опустила глаза — из раны, оставленной артефактом, хлестала кровь. Темная, почти черная, с зеленоватым отливом.

— Ох, — выдохнула я, хватаясь за стену. — А это… это нехорошо.

Изель смотрела на меня с ужасом. Она сидела на полу среди осколков, и по ее щекам текли слезы — настоящие, живые, не безумные.

— Ты… ты истекаешь кровью, — прошептала она. — Темная кровь. Он отравил тебя.

— Вижу, — ответила я, зажимая рану рукой. Кровь сочилась сквозь пальцы, но я не чувствовала боли — только странное онемение. — Но я свое забрала.

Я подняла шарик — теплый, пульсирующий жизнью. Спрятала за пазуху, поближе к сердцу.

— Прощай, Изель, — сказала я, глядя на нее. — Надеюсь, ты найдешь свой путь. Надеюсь, ты сможешь начать жить, а не ждать. Но без Кейна. Он мой.

Она не ответила. Просто сидела на полу, обхватив голову руками, и по ее щекам текли слезы.

Я вышла из замка, шатаясь. Кровь текла сквозь пальцы, оставляя за мной темный след, но я шла. Должна была дойти. Кейн ждал. Его душа ждала.

Ноги подкашивались, перед глазами плыло, но я шла. Шаг за шагом. Вниз по склону, к лагерю, к свету.

— Айрис!

Кейн бежал ко мне по склону, и в его глазах горел ужас. Он подхватил меня, не давая упасть.

— Что с тобой? Что случилось? Ты вся в крови!

— Я… я забрала, — прошептала я, вытаскивая шарик из-за пазухи. — Держи. Это твое. Верни себе.

Он смотрел на меня, на шарик, на кровь. В его глазах стояли слезы.

— Ты… ты ранена, — выдохнул он, принимая шарик дрожащими руками.

— Пустяки, — улыбнулась я, чувствуя, как силы покидают меня. — Заживет. Главное — ты теперь целый.

— Айрис!

Я потеряла сознание, но успела увидеть, как он прижимает шарик к груди, и тот впитывается в его кожу, возвращая силу.