Обреченная на счастье в объятиях тирана - Алла Султанова Страница 69

Вздохнув, я подошла к окну.

Слава богам, герцог не попросил меня дожидаться его возвращения здесь… В его родовом замке, полном призраков его бурной жизни.

Я поеду домой… Я увижу маму… Я увижу…

Вспомнив о семье, я обеспокоенно оглядела комнату. Отец не пожелает содержать меня.

Нужно взять немного драгоценностей или денег.

Чтобы осуществить свой план, мне нужны золотые монеты.

Да! Отец не упрекнёт меня, если я преподнесу ему тканый мешочек, наполненный золотом.

Нахмурившись, я направилась в кабинет Боварни.

Пройдя по пустынным коридорам, освещённым лишь тусклым светом факелов, подошла к резной двери.

Задумавшись на мгновение, решительно толкнула деревянную преграду. Кабинет встретил меня холодом и запахом старой кожи. Подойдя к массивному столу, открыла верхний ящик. Увидев четыре бархатных мешочка, тяжело вздохнула.

Меня охватили сомнения.

А имею ли я право брать их?

Но, вспомнив, какую роль в решении своих проблем отвели мне родственники и герцог, схватила мешочки, прижала к груди и вышла из кабинета.

До самого утра я не сомкнула глаза. Я ходила по комнате, прислушиваясь к шуму дождя и размышляла о предстоящей поездке.

На рассвете, когда первые лучи солнца, коснулись крон деревьев, мной было принято решение срочно выдвигаться. Оставленных герцогом в замке стражников, чтобы обеспечивать мою безопасность, с собой брать не стала. Поеду только я и кучер. Надеюсь, отсутствие сопровождающей охраны не привлечет лишнее внимание. Да и кого мне бояться? Разбойников нет в нашем королевстве…

Сначала заеду к тётушке, чтобы напоить лошадей, и, не оставаясь на ночлег, поеду дальше. На постоялых дворах задерживаться не буду. Нужно предупредить кучера, чтобы не отвлекался на разговоры с постояльцами, и побыстрее менял лошадей. Ведь я спешу… к маме.

Со всеми волнениями я не написала ей ни строчки. И она тоже… Вот это меня и начало беспокоить. На неё это было совсем не похоже. Может, ей отец запретил писать мне? Может, Боварни перехватывал её письма?

— Нет… — прошептала я, качнув головой.

Этого не может быть.

Отмахнувшись от тревожных мыслей, позвала служанку, чтобы она помогла мне одеться.

— Ох, госпожа, почему вы нас покидаете? — запричитала девушка, кружась вокруг меня. — Остались бы… Зачем ехать в такую даль?

Я промолчала, глядя в окно. А служанка не унималась:

— Госпожа, а когда вы вернётесь? А если герцог вернётся, а вас нет дома? Вы ещё не видели его в гневе…

Я одарила её изумлённым взглядом.

— Не видела…? — хмыкнув, поинтересовалась, стараясь скрыть подступившую тревогу: — А какой он в гневе?

Прислужница, побледнев, прижала ко рту ладонь…

— Что, лишнего выболтала? — спросила я у неё, стягивая нижнюю кружевную юбку.

Перешагнув через упавшую на пол одежду, я упёрлась руками в бока.

— Как тебя зовут? — спросила, бросив на испуганную служанку быстрый взгляд.

— Катарина, — робко ответила она, опустив глаза.

— Во что я тебе скажу, Катарина… — я подошла к креслу, на котором лежало моё дорожное платье, — поторапливайся…

Служанка, всплеснув руками, подбежала к креслу, схватила мой наряд и, дрожащими пальцами начала мне помогать его надевать.

Тяжелые мешочки с золотом, я спрятала во внутренние карманы платья. Накинула меховую накидку и пошла во двор.

Выйдя на крыльцо, вдохнула холодный воздух, который был пропитан сыростью и опавшей листвой. Свинцовые тучи низко нависали над замком, предупреждая о приближающемся дожде.