Лето, когда я встретила тебя - Пом Пинун Страница 69

— А что? От любви лечатся любовью, не знала? Ты просто завидуешь, потому что у тебя парень есть и тебе нормально не потусить? Ким Хечжи, ты тоже давай отрывайся. Вам же толком не дают встречаться с парнями с других факультетов.

— Чего ты несешь? Слушать тебя – уши вянут.

Однокурсницы, обрадованные, заливались смехом.

Чуть позже Юхён и его друзья вынесли гамак и несколько больших деревянных лежанок.

— Ух ты, вы и гамак привезли! С вами, ребята, весело. Надо же и такое попробовать.

— Вот именно. А мы всю жизнь только с водяными пистолетами и возимся. Пойду помогу.

Минчжу тут же подбежала к ним и влилась в компанию. К закату мы расселись вокруг большой лежанки, жарили свиные ребрышки на гриле и передавали друг другу стаканчики с сочжу. Играли в «Я – Земля» – знакомились, в «Сковородку», в «Ну, очевидно же!» – время летело незаметно, было так весело.

Когда вечер был в самом разгаре, Сонмин заявил:

— Я на фармацевтическом лучше всех ем острое. Найдется желающий посоревноваться?

— Да что вы говорите! Это наша Хечжи лучше всех ест! – выкрикнула Минчжу, схватив ту за запястье и потрясая им.

Хечжи метнула в нее уничтожающий взгляд, но, кажется, была вовсе не против.

— Давайте устроим битву фармацевтического против философского! Это битва за честь, тут нельзя проигрывать! – под ободряющие аплодисменты однокурсников выкрикнул Сонмин.

Мы не могли остаться в стороне и принялись подбадривать Хечжи. Так и завязалось межфакультетское состязание. Лица участников, поглощавших лапшу с доброй порцией зеленого перца, налились краской, того гляди лопнут.

Когда разожгли костер и устроили посиделки у огня, атмосфера накалилась до предела. Все изрядно захмелели, разговоры лились рекой. Я отпустила какую-то шутку на злобу дня, и один из друзей Юхёна, широко улыбнувшись, сказал:

— Ёрым, вы такая милая.

Услышав это, я невольно покосилась на Юхёна – интересно, что он подумает? Но тот лишь безучастно бросил:

— Пьяница.

— Ан Юхён, это ты сейчас кому сказал? Знаете, вот если он еще выпьет, будете смеяться до упаду. Такого пьяницу еще поискать!

Все рассмеялись. Ночь была в самом разгаре, и ребята один за другим, опьянев, засыпали.

— А сейчас – песня.

Поднявшись, раскрасневшийся от выпитого Юхён заставил Сонмина замахать руками, приговаривая:

— Опять начинается.

— Уймите его. Философы сейчас разбегутся.

— Почему? Нам интересно! Давайте, давайте послушаем! – захлопала в ладоши развеселившаяся Минчжу.

Не слушая увещеваний Сонмина, Юхён сунул ложку в бутылку с сочжу и запел песню Джейн. Не успел пропеть и двух строчек, как все вокруг схватились за животы от смеха. Я тоже, впервые видя такое, не могла сдержать улыбку. Он был… ну, скажем так, лишен музыкального слуха. И это мягко сказано. Ритм отсутствовал напрочь, о нотах он тоже не слышал, единственное, что было верным, – слова. Все смеялись, однако Юхён стойко продолжал петь. Не обращая ни на кого внимания, с закрытыми глазами, полностью погруженный в песню – это было прекрасно. Глядя на него, я не могла не улыбнуться.

Когда допел первый куплет и открыл глаза, его взгляд, устремленный на меня, заставил сердце замереть. Когда наши взгляды встретились, я перестала слышать смех друзей. Видела только его глаза. Только когда Сонмин, сказав «хватит», отобрал у Юхёна ложку, до меня снова донесся окружающий шум. На мгновение показалось, что я побывала в другом мире.