Виноваты стулья - Марианна Красовская Страница 7

— О-фи-геть! — прошептала Кристинка с восторгом. — Мама, это имба!

— Чего?

— Круто! Ты прямо боярыня! Дворянка! Эта… герцогиня, во!

— А ну сфоткай!

Зеркала тут, конечно, не было, но ведь мы живем в технологическом веке. У каждого в кармане смартфон. У некоторых даже — с отличной камерой. Папа подарил.

Фотки меня, впрочем, не порадовали. Я жирная. И на голове черти-что. И очки кривые. И лицо перекосило.

— Нафиг, снимаю, — расстроилась я, пытаясь достать до крючков на спине.

— Ну нет, сначала фото на крыльце! — безжалостно заявила дочь.

— Не-е-е, — запротестовала я. — Давай потом! Я накрашусь, волосы уложу…

— И потом, — покладисто согласилась Кристина. — И сейчас. Я не поняла, тебе нужны фотки для канала или нет?

— Нужны, — сдалась я. — Тем более что стулья почти закончились.

— Тогда вперед на крыльцо!

Я бодро подхватила юбки, радуясь, что под ними джинсы и кроссовки, и помчалась к выходу. Вот только про стул на крыльце совершенно забыла. А он про меня не забыл. Коварный, выжидал момент, чтобы отомстить за свой позор! Совершенно напрасно я ругала его вслух. Хороший ведь стул, старинный, увесистый, ну подумаешь, пыль, жучок, обивка гнилая. Все это поправимо.

В общем, на крыльце места хватило только одному, и это оказалась не я. Споткнувшись о злосчастный стул, я потеряла равновесие. Я ведь уже жаловалась на колени, да? Вот в коленке вдруг что-то хрустнуло, нога подломилась, и я полетела с крыльца вниз, попутно приложившись головой о деревянные перила.

И стало темно. Последнее, что я услышала:

— Ма-а-ам!

Глава 3

Она — это я

— Мама, мамочка!

— Матушка!

— Ма-а-а-ма-а-а! — Оглушительный рев.

— Ксана, что делать-то? — взволнованное.

— Нюхательная соль! — решительное, даже воинственное.

О нет, знаю я ваши нюхательные соли! Нашатырь стопудово подсунут. Как в травмопункте, когда я после первой вакцины от бешенства уползла в обморок.

Пришлось открывать глаза. Голова болела. Глаза слезились от яркого света. Ослепительно белый высокий потолок с вычурной лепниной вызывал смешанные чувства. Вроде и гадость, и дорого-богато, и вполне красиво выглядит.

Это где же такие потолки? И почему Кристина так нелепо одета? Платье какое-то серенькое с отложным воротником, золотые сережки с жемчугом, волосы гладко зачесаны назад, ни грамма косметики. Чтобы моя дочь — и в платье? Это что, косплей?

Нет, что мелкая в розовых рюшах и с бантом, я нисколько не удивлена. Она любит девочковые наряды. Они отлично маскируют ее коварную суть. В карманах розовых платьишек Стаська обычно прячет камни, рогатки и слаймы.

Стоп! А Стаська должна быть с отцом. Откуда она здесь взялась?

— Говорила я вам, Анна Васильевна, что диеты до добра не доведут, — бурчал кто-то у меня над ухом. — Дожили, уже со стульев падаете! Вот приедет Илья Александрович, что я ему скажу?

Голос был мне знаком. Оксана? Оксана Дементьева, моя… хм… помощница по хозяйству. Старая знакомая, которая приходит ко мне мыть полы по пятницам и поболтать в любое другое время. Какого черта она меня называет по имени-отчеству?

Я с трудом села и с ненавистью уставилась на тот самый стул. Ах ты ж дрянь какая!

Стул смотрел на меня. Вот натурально смотрел. Белый, с позолоченной резьбой на спинке, с шикарным шелковым павлином на обивке. Павлин издевательски мне подмигивал. Так вот какая тут была ткань… Ничего себе, барокко! Или эклектика? В любом случае я ни за что не расскажу об этом Ольге Сергеевне. Нет, стулья не должны смотреть на своих хозяев!