Развод с драконом. Пансион для проклятых наследниц - Лилия Карниенко Страница 72

Виона не забыла.

Она вообще не спала.

К утру в кабинете лежали документы, разложенные не по красоте, а по боли. Старый список с пометками «лишить права наследования». Свидетельская запись открытого вечера, где Орт Гленн назвал Миру утерянной наследницей Первого крыла. Поддельное распоряжение с подписью Каэла. Договор их союза — не как бывших супругов, а как защитников пансиона. Копии старых правил Дома Первого полёта. Личные дела девочек. Настоящие листы Агаты, где вместо «нестабильности» были страхи, привычки, дары, имена.

И отдельная папка.

Самая тонкая.

Мира.

Девочка сидела у окна в кабинете, укрытая синим пледом Дома Первого полёта. После ночи огненных печатей она выглядела почти прозрачной. Серебро на руках ушло под кожу, но Виона уже знала: это не исчезновение. Просто знак снова спрятался там, где его годами заставляли молчать.

Каэл стоял у стола.

Он тоже не спал. На правой руке, которой он ночью держал огненную печать, остались тёмные линии. Не раны. Не ожоги. Следы приказа, который он не пропустил к воротам.

Виона старалась на них не смотреть.

Слишком легко было начать думать не о суде.

— Ты не должна идти, — сказал он.

Виона подняла голову.

— Начинается плохо.

— Я не приказываю.

— Уже лучше.

— Я говорю: суд назначен не для разбирательства. Его назначили как ловушку.

— Я знаю.

— Тогда тем более.

— Каэл, если я не явлюсь, они напишут: признала вину и скрылась в незаконном убежище. Если явлюсь одна — скажут, что никто не подтвердил мои слова. Если явлюсь с тобой — скажут, что я снова прячусь за родом Арден.

Он молчал.

— Поэтому я явлюсь с документами, свидетелями и тем спокойствием, которого они меньше всего ждут от истеричной бывшей жены.

При этих словах Мира подняла глаза.

— Они правда так скажут?

Виона посмотрела на неё.

— Обязательно.

— Почему?

— Потому что им удобнее спорить не со мной, а с тем образом, который они сами придумали.

— И что вы сделаете?

— Не стану быть удобной.

Мира медленно кивнула, будто запоминала.

Агата вошла без стука. В руках у неё была дорожная накидка Вионы, тёмная, простая, без гербов. Следом появился Рен с узким кожаным футляром для документов.

— Карета готова, — сказал он. — Не Совета. Наша.

— У пансиона есть карета?

— Была. До того как её перестали использовать.

— Она едет?

— После моих уговоров — да.

Лира, выглянувшая из-за его плеча, добавила:

— Уговоры были громкие. Карета, кажется, испугалась.

— Лира, — сказала Агата.

— Я просто свидетель.

— Тебе велено быть в общем зале.

— Я туда иду. Через кабинет.

Илса появилась следом.

Конечно.

Если где-то нарушали указание, старшая воспитанница не могла позволить Лире делать это без надзора.

— Девочки собраны, — сказала Илса. — Нола ведёт счёт каждые пять минут. Сана и Тиша сторожат зеркала. Марта у двери. Эйра задаёт всем вопрос «на каком основании», даже если её спрашивают, хочет ли она кашу.

— Хорошо, — сказала Виона.

— Нет, не хорошо, — резко ответила Илса. — Вы забираете Миру?

Мира сжала плед.

Виона ответила не сразу.

Это был вопрос, от которого ночью она пыталась уйти и не смогла.

Если оставить Миру в пансионе, Совет скажет: скрывает главную свидетельницу.

Если взять — они увидят девочку, за которой уже приходили ночью.

— Мира решит сама, — сказала Виона.

Илса посмотрела на неё так, будто это было одновременно правильно и ужасно.