Да здравствует принц! - Фрэнсис Кель Страница 72

— Перегнул?! – теперь уже взорвался я. – Он его чуть не убил!

— Это Гедеон, – махнул рукой Люмьер. – Если не убил, то уже хорошо. Везде нужно искать плюсы.

Я опередил Люмьера на шаг, перегородив дорогу. Он опешил, остановился – его левая бровь удивлённо изогнулась. Я с негодованием спросил:

— Какие, твою мать, тут могут быть плюсы? Гедеон чуть не задушил Скэриэла.

Уставившись на меня, Люмьер насмешливо улыбнулся, как будто я сморозил несусветную чушь.

— Плюс в том, мой дорогой принц, – он обошёл меня и ехидно проговорил, – что Скэриэл остался жив. Иногда мне кажется, что ты совсем не знаешь своего старшего брата.

— Мой старший брат мёртв, как и вся семья, – холодно отозвался я.

— Прости, я имел в виду… – начал он, но я помотал головой.

— Не надо.

Я решительно направился к зданию, на фасаде которого большими буквами было написано «Клуб фехтования EN GARDE!». Не хватало ещё с утра поругаться с Люмьером. Он впервые назвал меня принцем, но в обращении не чувствовалось ни капли уважения. Это остудило мой пыл. Кто я по сути? Всего лишь мальчишка, номинальный принц без короны и дворца. Я ничего не сделал, чтобы заслужить его уважение.

— Послушай меня, – раздалось позади. – Да стой ты!

Я обернулся.

— Гедеон – сложный человек… – начал Люмьер.

На это мне только и оставалось, что закатить глаза.

— Да-да, конечно.

— Нет, выслушай. Когда умерла ваша мама, ну, – Люмьер запнулся, – я про Грэйс Хитклиф. Так вот, когда она умерла, Гедеон сильно изменился. – Он подошёл ближе и тихо продолжил: – Вокруг вашей семьи было много слухов, домыслов. Ты и сам, наверное, через это прошёл. Гедеон в то время остро реагировал на любые слова, и так дошло до дуэли в Запретных землях.

— В Запретных землях?

— Обычно все там решают свои дела.

— И Гедеон, значит, тоже?

«Урок первый: никогда не поворачивайся ко мне спиной», – раздался в голове ледяной голос. Гедеон предупреждал о том, что опасен, и не раз.

— Я не буду сильно вдаваться в подробности, меня там не было, говорю только то, что сам слышал. Гедеон чуть не убил этого парня. И когда я говорю «чуть не убил», то я имею в виду именно это. Оскар его в последний момент остановил, за что я искренне ему благодарен.

— Я ничего об этом не слышал. Но Гедеона ведь могли посадить…

— Конечно, могли. Ты думаешь, он боялся этого? Ему на тот момент было плевать. Смерть матери так сильно его подкосила. Но всё обошлось, дело быстро замяли. Тот парень уехал из Ромуса. Без понятия, где он сейчас. А Гедеона после этого никто в Академии не трогал. Так что я верю, что он мог придушить Скэриэла, но…

— Но?

— Но у него есть причина не убивать его.

— И какая же?

— Он твой близкий друг. – Люмьер широко улыбнулся. – Ты ведь расстроишься из-за его кончины!

Я скорчил недовольную гримасу.

— Не вижу здесь поводов для веселья.

— Не злись. – Люмьер непринуждённо положил руку мне на плечи, приобняв. – У Гедеона есть причины не убивать Скэриэла. Лучше узнай их у него сам. И надеюсь, что твой Скэриэл ещё долго будет жить.

Я мягко отстранился от Люмьера. Вот уж объятия мне сейчас совсем не нужны.

Зачем я вообще упомянул Гедеона?

Я всё пытался понять причину своего внезапного гнева. На кого я злился? На Люмьера? На Гедеона? Нет. Скорее, на себя. Я абсолютно не понимал, как теперь относиться ко всем. Как относиться к Гедеону… Он всегда был на моей стороне? По крайней мере, так он утверждает. Привязан ли он ко мне? Это ведь тоже может быть всего лишь ложью. Её слишком много в моей жизни.