Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд Страница 73

Когда Авила вышла на улицу, ее встретило палящее солнце. Сегодня стояла жара. Авила удивилась – все из племени оделись сегодня не так, как обычно, они нарядились в перья и цветы. Все радовались и веселились. На площади открыли ярмарку, детям поставили кукольный театр, а чуть дальше длинный стол для пира. Играла музыка, в основном флейты, люди отдыхали. Среди толпы она заметила Тали. Она общалась с другой девушкой из селения. Авила решила подойти.

— Ваше высочество. Мира Аксохолу!

Они поклонились, сложив руки перед собой.

— Тали, сегодня какой-то праздник? – Авила устало улыбнулась. Никогда прежде она не была на подобных торжествах.

— Да, ваше высочество, сегодня праздник Первого Ветра, мы отмечаем приход сезона дождей и сбора урожая. Все селение радуется.

— Я слышала, здесь редко идут дожди.

— У нас есть сезон, когда дожди не редкость, – сдержанно улыбнулась Тали. – Ваше высочество, пожалуйста, примите участие.

— Спасибо! – Авила радостно пошла по центральной дорожке, уже предвкушая знакомство с народом и их культурой.

Однако улыбка спала, стоило ей заметить стражников, рядами шествующих по центральной дороге и разгоняющих людей. Во главе шел Вольмант – глава стражников. Авила прищурила глаза. Она была недовольна его пристрастиями и методами выполнения приказов. Месяц назад его поймали на истязании детей, еще ранее за убийство трех девушек в публичном доме. Но не казнили. Он все так же занимал высокую должность.

Музыка стихла, столы велели убрать, ярмарку закрыть. Стражники Властителя, облаченные в серебряные доспехи и держащие в руках копья, вставали по периметру поселения и проверяли выполнение приказа, а Вольмант – высокорослый, крупный мужчина средних лет с густой бородой и обилием морщин на лице – следил, держа руку на рукояти меча на поясе. Он коршуном ходил среди столов и часто поправлял золотой плащ на плечах, сверкающий ярче доспехов.

— Ваш Властитель не может отнять у нас праздник! – выкрикнул мальчик лет четырнадцати из толпы.

— Властитель Аксохола – Флавий Адальберт, хвала ему и процветание Аксохола, запретил любые праздники и торжества в смутные времена. Немедленно разойтись и приступить к работе! – отчеканил Вольмант, крепче сжав рукоять.

Авила не удивилась. Этого стоило ожидать. Отец не любил, когда кому-то хорошо, а у него неприятности. Если он в плохом настроении, то так же должно быть и у остальных. Если ему хорошо, он еще подумает, дать ли разрешение на веселье. Властительница, дорогая матушка, не любила это в отце, и только сейчас, через три года после ее гибели, Авила понимала, почему со временем мама перестала улыбаться и смеяться. Сказали, что Властительница умерла от сердца, но Авила не могла в это поверить – она отчетливо помнила последний день с матушкой. Она единственная, кто понимал Авилу, кто мог заступиться за нее в холодных стенах дворца и кто повлиял на ее убеждения. Ее уход стал слишком неожиданным не только для нее, но и для всего Дальнего мира.

— Будь ваш Властитель проклят. Мы не признаем его! – прокричал все тот же мальчуган и бросил в стражника камень.

— Отрубить ему голову, – холодно, с металлом в голосе проговорил Вольмант, отбив камень длинным мечом, не вынимая его полностью из ножен, а после вернул обратно.