Ставь на единорога - Наталья Филимонова Страница 73

Как бы там ни было, нам остается только ждать спасателей. Если пытаться выбраться самостоятельно – хоть с помощью рук, хоть магией, есть риск обрушить себе на головы еще что-нибудь.

Главное, чтобы достать нас отсюда успели до того, как мы начнем задыхаться. Впрочем, об этом, пожалуй, лучше просто не думать – смысла никакого, а впадать в панику в таких обстоятельствах не особенно продуктивно.

И еще не стоит думать о том, что руки и ноги уже затекли от неудобной позы, а в бок впивается что-то острое.

Лучше разговаривать.

— А вы можете рассказать… ну, что можете? – кажется, мой лаборант пришел к тому же выводу. Вот еще бы при этом изъяснялся яснее! – Я понимаю, что про родовой дар нельзя рассказывать… я вот слышал, вы в старых семьях даже мужьям и женам не рассказываете! А это правда?

— Правда, – я изумленно покачала головой. Надо же, какая неожиданная тема для беседы под завалом! А впрочем, почему бы и нет? – Но не вся. Мы рассказываем – после рождения ребенка, если он унаследовал родовой дар. В этот момент не рассказать нельзя, потому что решается, какую фамилию будет носить ребенок. Ну и… второму родителю стоит быть в курсе, чего можно ожидать от дорогой деточки.

— То есть… как это? – парень вытаращил глаза.

В целом, его изумление было понятно. Старых семей не так уж много, и студент из небогатой семьи наверняка никогда не сталкивался ни с кем из их представителей. А брачные традиции старых семей – не то, о чем говорят на каждом углу. В целом, эта информация не закрытая… скорее просто не особенно обсуждаемая.

В отличие от аристократов из иных стран континента, представители старых семей никогда не зацикливались на том, чтобы вступать в брак только друг с другом – иначе давно бы выродились, слишком немного их было. Скорее даже наоборот – брак между двумя представителями разных старых семей, как вышло у нас с Мареком, это довольно редкое исключение.

Женщины и мужчины из старых семей при заключении брака никогда не меняют фамилий. А вот фамилия ребенка будет зависеть от того, обнаружится ли в нем семейное наследие – и какое именно, если породнились две старые семьи.

Родовой дар всегда наследуется только один. Двух родовых даров у одного человека быть не может. При рождении ребенка проводится особая церемония, на которой новорожденного осматривает некий человек в маске – тоже обладатель дара, способный видеть чужие способности. Маска – чтобы скрыть, какой именно род обладает этим даром. Хотя, честно говоря, мне всегда казалось, что уж этот-то дар можно было бы и не прятать.

Интересно еще, что дар может быть активным – как у меня. А может быть и “спящим” в генах, как у приснопамятного дяди Горана – того самого, который жил, чтобы умереть и выиграть в казино. Раз фамилию рода он получил, значит, дар в его крови все же обнаружился, и он мог бы передать его потомкам. Но он погиб и в прошлое так и не вернулся – значит, активного собственного дара у него не было.

Когда дар определен, младенец получает фамилию соответствующего рода. Ну и второму родителю раскрывают правду о даре. Само собой, предварительно ему придется принести магическую клятву о неразглашении.

Обо всем этом я вкратце и рассказала Ратко, который слушал предельно внимательно, как интереснейшую из лекций… вот бы на обычных лекциях все студенты так слушали!