Охота на бронзовую кисть - Анна Пожарская Страница 74

Синий огонь погас. Лев произнес последнее слово и сжался, готовясь к очередной волне боли. Первый пес еще не исчез, а второй уже свободен.

— Отправляйся в небытие! – прорычал он тому, под коленкой, и надавил сильнее. Показалось, плоть и впрямь начала терять контуры и растворяться в пространстве.

Не успел насладиться победой. Второй пес на ходу ухватил его за шкирку и прыгнул в сторону надгробия Васнецова. А потом Лев почувствовал, что летит куда-то вниз в вязкой колючей субстанции. Боль в предплечье стала невыносимой.

Ударился ногами о землю и открыл глаза. Яркий свет слепил. Мужчина не сразу понял, где находится. А, сообразив, похолодел от ужаса. Он стоял на путях метро, около платформы одной из многочисленных станций, и взгляд уже улавливал фары приближающегося поезда.

Миллион раз слышал, что делать в таких случаях, но сейчас мысли крутились в предательски бесполезном хороводе. Не приближаться к платформе, там контактный рельс. Бежать в сторону часов к отметке остановки поезда. Если не успеваешь туда, надо лечь в желоб между рельсами. Тот, правда, есть не на всех станциях.

Лев посмотрел под ноги и выругался. Пес знал, куда кидать надоевшего двуногого. Поезд загудел. Мужчина охнул и со всех ног побежал в сторону табло с часами.

Глава пятнадцатая. Осторожно! Двери закрываются!

Лада очнулась от холода. Тот снежным комом засел где-то в груди и не давал согреться остальным частям тела. Засыпа́л ледяной крошкой проходящую через сердце кровь, замораживая и конечности, и мысли. Девушка поежилась и с трудом встала на ноги. Тело подчинялось плохо.

Огляделась. Вокруг не было ни души. Впереди простирался туннель с каменными стенами, едва светящимися красным. Когда отец еще был жив, он часто использовал фонарь с таким же фильтром во время возни с фотографиями. За спиной прощупывалась шершавая стена. Лада вспомнила наставления Льва о том, что у нее не будет выбора, и медленно пошла вперед. Каждое движение отдавалось болью, но оставаться на месте тоже не хотелось.

Пахло сыростью. Тело отказывалось согреваться, свет потускнел еще больше, а под ногами невесть откуда взялась вязкая грязь. Она так и норовила стащить с горе-путешественницы кроссовки. Лада еще успела подумать, что для полного счастья ей не хватает только едкого дождя, когда услышала отдаленный гул. Будто ее нагоняет что-то большое, многоногое и страшное. Выругалась и ускорила шаг. Кто бы ни тащился по пятам, стоило оттянуть встречу.

Через пару десятков метров к хлюпанью грязи под ногами присоединился шепот. Едва различимый на фоне других звуков, но настойчивый и резкий. Лада постаралась отвлечься от сложностей тела и вслушалась в слова. Они лились бесконечным потоком, но можно был выделить отдельные реплики.

— Тебя не ждут… – шептала какая-то недовольная женщина.

— Вечно приходят без приглашения, – ворчал мальчишка.

— Надоели! – отзывался мужской голос, а потом припечатывал сочным ругательством.

— Нет чтобы сидеть дома, – кряхтела старушка. – Что за молодежь пошла…

— Господин терпеть не может выскочек, – почти пищали девчачьим колокольчиком.

Лада тряхнула головой, и шепот снова уступил место гулу приближающегося монстра. Захотелось разреветься. Мало того что тело ныло и дрожало от холода, так еще вокруг творилась такая жуть, что пугал даже стук собственной челюсти.