Не Снегурочка - Алёна Сереброва Страница 75

Нужно нажать на звонок, заявить о себе, но вместо этого Влада давит на ручку и толкает дверь, а та на удивление поддаётся. Только переступить порог не позволяют. Влада почти влетает в темноту: куртка притаившегося за дверью гостя в ярком свете лампы выглядит чёрной. Точно такой же как...

Влада отшатывается, отступая на шаг, и только потом понимает — у них дома полиция, а чёрная куртка всего лишь форма.

— Мам, что случилось?

— Простите, а вы?

— Дочь. Так что случилось?

— Соня пропала...

Ответ как удар под дых, кажется, выбивает весь воздух из лёгких.

«Соня пропала...»

Рюкзак выскальзывает из ослабевших пальцев.

— Как?..

— Какие у вас отношения с сестрой?

Лицо полицейского безучастно. Ни единого проблеска интереса или сочувствия в глазах, словно они с матерью просто галочка в бланке, не более.

— Нормальные отношения. Обычные.

— В некоторых семьях младших спиногрызов недолюбливают. Да и вообще...

— Прекрати, — тут же требует второй, сидящий на стуле напротив матери. Только Влада на него не смотрит. Всё внимание уделено этому, который обвиняет её в чьих-то чужих грехах.

— Вот и идите в те семьи, где страдают дети.

— Влада!

Окрик похож на пощёчину: звонкую, хлёсткую. И, так же как и она, прочищает мозги, заставляя задуматься, что и как она сказала этому человек с пустыми глазами и не навредит ли это матери.

— Что с Соней?

Влада проскальзывает мимо полицейского, радуясь, что её не стали останавливать. Топает прямо в обуви, справедливо рассудив, что гости уже наследили.

— Мам?

Бледная, заплаканная... У Влады перехватывает дыхание от понимания: когда она пропала, мать наверняка выглядела точно так же. И сейчас ей приходится проходить всё по второму кругу...

— Влад, я... я не понимаю... она только держала меня за руку и... уже не держит...

Куртка безжалостно отправляется на разделочный стол. Что-то звенит, но Влада даже не смотрит, что именно задела, обнимает мать, позволяя плакать, уткнувшись в живот. Кто из них сейчас ведёт себя взрослее не важно. И то, что у самой Влады в горле застрял ком тоже... не важно.

— Я всё ещё не понимаю...

— Вам последнее время не угрожали?

— Нет, — мать шумно вздыхает, отстраняясь и беря себя в руки.

— Не было ничего необычного?

— Если можно считать необычным моё похищение то да, — «Они всё равно узнают» напоминает себе Влада. — Несколько дней меня держали в каком-то подвале. Похитителя так и не нашли.

Мать ободряюще сжимает ладонь, на что Влада едва ощутимо отвечает тем же, а полицейский встаёт.

— Спасибо, что уделили нам время. Если что вспомните...

* * *

— Мам?

Как только они уходят, Влада занимает место полицейского напротив матери, перехватывает руки, не позволяя подняться и уйти, или занять себя чем-то отвлечённым.

— Я действительно не знаю, как так вышло...

— Ты не виновата, мам.

«Ты уже взрослая и вести себя должна как взрослая» — звучит напоминание почему-то голосом отца.

— Так что случилось?

— Соня пропала.

— Мам, как? Просто расскажи.

— Я никчёмная мать. Прав был...

— Ты не виновата, понимаешь, мам? — чуть злее, чем собиралась, обрубает Влада. Она прекрасно знает, кого собирается помянуть та, но слышать об отце не хочет, особенно в таком контексте, особенно, когда в голове и так звучит его чёртов голос. — Как пропала Соня?