Герцогиня Эмили - Аурелия Шедоу Страница 77

— Красота-то какая… — выдохнула Лора, заглядывая в миску. — Ваша светлость, а можно я попробую сама размешать?

— Держи.

Лора, высунув кончик языка, взялась за деревянную лопатку и принялась водить по массе, старательно подражая моим движениям. Получалось у неё неплохо.

Зельда тем временем уже готовила формы — деревянные ящички, выстланные чистой тканью.

— Зальём прямо сейчас, — командовала она. — Петер, тащи сюда, Йохан, придерживай. Аккуратно, не пролей!

Лора перелила массу в форму. Та расползлась, заполняя углы, и на поверхности выступили тёмные крапинки кофе.

— Теперь надо оставить на два дня, — сказала я. — Завтра уже можно будет резать на бруски, но пользоваться — только когда совсем затвердеет.

— Два дня так два дня, — деловито кивнула Зельда. — Помечу. — Она схватила тетрадь и коряво вывела: «Кофейное мыло, проба». — А вы, ваша светлость, вечерком заглянете? Поглядеть, как оно?

— Обязательно.

Я отошла к окну, пропуская работников. Петер и Йохан уже мыли ступку и лопатки, переговариваясь вполголоса. Лора с Зельдой, склонившись над формой, обсуждали, какие ещё травы можно добавить.

— Ваша светлость, — вдруг тихо сказала Зельда, подходя ближе. Она мяла в руках край фартука, и в её обычно уверенном голосе появились робкие нотки. — Можно вас спросить?

— Конечно.

— Вы… вы не думайте, что мы неблагодарные. — Зельда покосилась на Лору, та понимающе кивнула. — Мы тут меж собой говорили… Раньше, при госпоже Браун, мы вас боялись. Думали, вы как все господа — приедете, начнёте командовать, а нам только хуже станет. А вы… — Она запнулась, подбирая слова. — Вы как будто из другого мира, ваша светлость. Не как госпожа, а… как своя, которая понимает.

Я помолчала. Внутри шевельнулось что-то тёплое, но вместе с тем и горькое.

— Может, так и есть, — сказала я тихо. — Из другого мира.

Зельда не поняла, но кивнула, принимая ответ. Лора, стоявшая рядом, вдруг шагнула вперёд и быстро, пока не передумала, чмокнула меня в плечо — прямо через платье.

— Спасибо вам, — выпалила она и отскочила, красная как рак.

Я растерялась всего на секунду, потом улыбнулась — тепло, по-настоящему.

— Это вам спасибо. Вы делаете замечательное мыло.

Я отошла к двери, но на пороге обернулась.

— Кстати, Зельда. Мыла у нас теперь много. Даже больше, чем нужно для замка. Как думаете, если предложить его в соседних деревнях? В обмен на продукты, ткани, что там ещё нужно?

Зельда задумалась, прищурилась по-хозяйски.

— А что, дело. В Штейнбахе у меня свояк живёт, он с обозами ходит. Спросить можно, почём нынче мыло на рынке. Только… — Она замялась. — А его светлость разрешит? Торговлей-то заниматься?

— Я поговорю с господином Мартином, — пообещала я. — А вы пока прикиньте, сколько мыла можем выделять на продажу, не в ущерб замку.

— Сделаем, ваша светлость!

Я вышла во двор. Солнце уже клонилось к закату, длинные тени от башен ложились на камни. Где-то вдалеке стучал молоток — Йозеф с подмастерьями чинил ворота. В воздухе, смешиваясь с привычным запахом дыма и конюшни, всё ещё витал слабый аромат кофе и лаванды, тянувшийся из мыловарни.

Из другого мира, — подумала я, вдыхая этот запах. Да. Наверное, так оно и есть. Но этот мир становится моим.

Я поправила шаль на плечах и направилась к замку. Впереди был ещё разговор с Томасом об «экспорте» мыла, проверка оранжереи и бесконечный список дел, который не давал мне остановиться и начать ждать.