Изгнанная с ребёнком. Попаданка, ты сможешь! - Анна Кривенко Страница 78

Вздрогнула и развернулась к Серёжке. Он завозился, недовольно посопел, но не проснулся.

Стук повторился.

— Полина! — гаркнул Тимофей пьяным голосом. — Открывай!

Я застыла. Сердце заколотилось как сумасшедшее. Неужели он пришёл требовать исполнения супружеского долга?

Боже, только не сейчас, когда осталась пара дней!

— Открывай, — заорал он. — Ты моя жена, я тебе приказываю!

Но я не собиралась слушаться.

— Полина, ты меня слышишь? — голос стал яростнее. — Ты что, спишь уже?

Я молчала.

— Хорошо, — процедил он. — Но учти, не всегда ты сможешь меня игнорировать. Я хозяин этого дома и твоей судьбы. Помни об этом. Будешь слишком борзой — пойдёшь на все четыре стороны. Только без сына.

Послышались удаляющиеся шаги, скрипнула лестница. И только тогда я позволила себе вдохнуть.

Опустилась на край кровати, чувствуя, как подрагивают ноги. Серёженька запищал. Я поспешно взяла его на руки и начала укачивать.

— Всё хорошо, малыш, — прошептала едва слышно. — Всё будет хорошо. Мы выберемся отсюда. Обязательно выберемся. Может быть, даже завтра. Да. Я соберу вещи и уйду. Найду Дмитрия сама. Как только закончится дождь, я убегу!

Это решение придало мне сил.

Вскоре снова послышался мужской пьяный смех. Пусть. Пусть они пируют и раздуваются от ощущения собственного могущества. Никто не вечен. И власть подобных Тимофею людей, тоже не вечна.

Я упорхну отсюда, как мотылёк. И верю — никто нас с Дмитрием не найдёт. Он обещал отыскать нам убежище, и он отыщет. И тогда наступит настоящее счастье…

* * *

Ночью произошла неприятность: Серёжа намочил все пелёнки. Чистые остались внизу, в прачечной. Служанка, которая обычно приносила их по утрам, спала где-то в другой части поместья. Наверное, придётся идти самой.

Кое-как замотав ребёнка в одеяло, я выдохнула. Серёжа быстро уснул. Но мне нужно принести пелёнки как можно скорее. Я накинула на плечи шаль, поправила волосы и вышла.

— Спущусь и сразу вернусь. Дело пары минут, — говорила сама себе, испытывая безотчетную тревогу.

Прачечная находилась на первом этаже, в крыле для слуг. Коридоры встретили меня полутьмой. Лестница предательски заскрипела под ногами.

Я уже хорошо знала все повороты коридоров и старалась наступать там, где было меньше всего старых досок. Но на повороте лестницы к первому этажу всё пошло не так.

Кто-то вынырнул из тени и мгновенно зажал мне рот. Я не успела даже вскрикнуть. Рывок — и меня буквально втащили в узкий боковой проход, где не было окон. Тьма сгущалась вокруг, как зловещий туман.

— Ну что, лиса, давно не виделись? — прошептал мне кто-то в ухо насмешливо.

Я замерла, не моргая. Это был он — тот самый незнакомец, Кольцов. Значит, интуиция меня не подвела. Значит, бывшая хозяйка этого тела хорошо была с ним знакома.

— Не дёргайся, — прорычал мужчина, — или я тебя придушу. Хочешь сына осиротить? Думаю, не хочешь.

Он толкнул меня вперёд, и я буквально влетела в какую-то подсобку. Меня окутал мрак, сырость и запах старых полотенец. Дверь за спиной захлопнулась. Где-то неподалёку раздались шаги. Похоже, кто-то проходил мимо по коридору. Я хотела закричать, но Кольцов снова зажал мне рот.

— Тихо-тихо, милая. Ты же не хочешь, чтобы всё пошло прахом?

Через мгновение он одним рывком зажёг канделябр, стоящий на полке. Его лицо частично осветилось. Морщины и шрам под глазом при таком освещении показались буквально демоническими. От него разило вином, но глаза оказались ясными, трезвыми и очень холодными.