Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров Страница 78

— И что же, неужто ничего совсем надёжного не бывает?

— Самое надёжное – это Божья воля. А что человеком сделано, то человек и сломать может.

— Добре сказано, вьюнош, – послышался сочный баритон, и к прилавку подошёл здоровенный, высокий поп. – Это у тебя, что ль, замки столь крепки, что их даже опытный вор вскрыть отказался?

— Однако быстро тут слухи летают, – рассмеялся Матвей. – Вот, батюшка, извольте. Замки врезные. Таких нигде более не найдёте. Коль дверь какую накрепко запереть надобно, лучше не придумаешь.

— И почём продаёшь? – деловито осведомился поп, с интересом вертя в могучих руках замок.

— Двадцать пять рублей на ассигнации.

— Бога побойся, вьюнош! – тут же загремел поп. – Откуда ж такие деньги у духовного лица?

— А зачем духовному лицу вообще замки? – ехидно поинтересовался парень. – Иль молитва не защищает?

— Ты это… полегче, – стушевался поп, заметно понизив голос.

— Так не тычь мне званием своим, – развёл Матвей руками. – А то я не вижу, с кем говорю. Решил торговаться, так торгуйся. А цена на мой товар честная. Сам придумал, сам сделал, сам и продаю.

— Оно понятно. Но вот ей-богу, нет у меня денег таких. А книги святые хоть как уберечь потребно. Сбавь малость, сделай милость, – удручённо вздохнул поп.

— Двадцать. Это последнее слово, – подумав, вздохнул Матвей. – Ниже, уж прости, никак не могу.

— Ну, хоть так, – вздохнул в ответ поп, доставая деньги.

— Благодарствуй, батюшка. Вот, изволь. К замку три ключа имеются. Сам замок в дверь врезаешь, и после открыть её только этими ключами можно будет, – принялся пояснять Матвей, принимая деньги и выдавая ему ключи.

— Ловко сделано. Спаси Христос, вьюнош, – внимательно выслушав, кивнул поп и, походя перекрестив парня, отправился дальше.

Проводив его взглядом, Матвей тряхнул головой и, оглянувшись на отца, поинтересовался:

— Тут всегда так?

— Это ещё начало, – усмехнулся в ответ Григорий. – Вот к полудню народ разгуляется, ещё не то будет.

— Ну, значит, недаром я с собой револьвер прихватил, – жёстко усмехнулся парень.

— Господь с тобой, Матвейка. Это ж ярмарка. Гуляет народ, вот и случается всякое, – поторопился остудить его пыл кузнец.

— Так я разве против? Пусть гуляют. Но мимо нас, – усмехнулся Матвей в ответ. – Сюда торговый люд ждём. А всяким любопытным да говорливым лучше мимо ходить.

Пока он бился об заклад с купцом, мастер успел разложить на прилавке весь свой товар и внимательно наблюдал за течением спора. Только оружие он повесил под навес так, чтобы его можно было увидеть, но не потрогать. Для чего это было сделано, Матвей понял сразу. Любому понимающему с первого взгляда будет понятно, что оружие это непростое и торговаться за него придётся очень серьёзно.

За разговором они успели продать пяток скоб, несколько лопат и полдюжины вил. Инструмент Григорий ковал отличный, и любой крестьянин замечал это сразу. Ушли и несколько топоров, так что первый день они могли вполне законно назвать продуктивным. Особенно с учётом того, что у Матвея осталось только три врезных замка. Да, они были гораздо толще тех, что были привычны ему. Более тяжёлые и габаритные, но и это в этом времени было настоящим техническим чудом.

— Вот что, сын, – между делом высказался кузнец. – Ты покуда тут побудь, а я до скотных загонов пройдусь. Гляну, может, и найдётся тебе подходящий конь.