Добрые духи - Б. К. Борисон Страница 79

— Ты не делаешь так, как говорю я, — я киваю на платье у её бока. — Вот тебе пример.

— Ну, ты — это ты.

Я улыбаюсь. Мне нравится быть исключением из правил Гарриет, даже если это меня бесит.

— Кажется, я помню маленькую девочку, которая с восторгом украла игрушечную лодку.

Ответная улыбка на секунду касается уголков её рта.

— Это было давно. С тех пор я кое-чему научилась, — улыбка исчезает, её сменяет задумчивый хмурый взгляд. — Так проще.

— Для тебя или для всех остальных?

Она не отвечает, но опущенный взгляд говорит достаточно.

Я прикусываю язык, сдерживая вздох. Гарриет прячет так много той, какой хочет быть, за той, какой считает себя обязанной быть. Ясно, что её мать сыграла огромную роль в том, чтобы внушить — ей нельзя быть никем, кроме как идеальной и разумной. Но также очевидно и то, что Гарриет будто пытается искупить что-то. Хотел бы я знать, что именно.

— Возможно, тебе нужен лёгкий толчок в нужную сторону, — я киваю на сливово-фиолетовый шёлк у неё в руке. — Побалуй меня.

Она долго смотрит на меня, потом без единого слова исчезает обратно в примерочной. Я сижу и смотрю на дверь и позволяю себе представить.

Как платье гладко скользит по её телу. Тонкие бретели на её плечах. Волосы, кокетливо спускаются к верхушкам груди. А её соски просвечиваются сквозь тонкую ткань. Крошечная молния на спине и то, как бы твёрдость металла ощущалась между моими пальцами. Мой рот у её шеи и мой нос в её волосах. Интересно, как далеко опустится её румянец. Смогу ли я собрать в кулаки шелковистую, гладкую ткань её юбки и прижать её к зеркалу. Будет ли она смотреть, как я опускаюсь на колени позади неё в отражении, или обернётся. Запустит пальцы мне в волосы, пока я прижимаюсь лицом между её бёдер и…

— Когда закончу здесь, мы можем отправляться, — зовёт она через дверь.

Меня так резко выдёргивает из мечтаний, что я вгоняю колено в крошечный, бесполезный мраморный столик рядом с креслом. Продавщица проплывает мимо с самодовольным фырканием, бросая в мою сторону понимающий взгляд.

Я вытягиваю ногу с хмурым выражением.

— Отправляться?

— Путешествовать, — медленно говорит она, со всей тонкостью корабельного гудка. — Ну, знаешь. В воспоминания, где нам нужно побывать в прошлом.

Внутри тепло оседает от улыбки.

— Да, я понял, — я делаю паузу, всё ещё пытаясь вытащить мозг обратно из вспышек голой кожи и гладкого шёлка. Я щёлкаю языком. — Мы можем выезжать, а можем сначала пообедать. Как тебе больше нравится.

— Пообедать?

— Говорят, люди так делают.

Она молчит ровно три удара сердца.

— Это то, что люди делают, — наконец говорит она.

Я смеюсь в кулак.

— Я хочу быть с тобой человеком, Гарриет.

За дверью Гарриет тихонько мычит. Мыканье быстро переходит в ворчание. Слышится резкий выдох и затем глухой удар. Такое чувство, будто она там борется с барсуком.

— Всё нормально? — спрашиваю я.

— Кажется, я застряла.

— В платье?

— Да, в платье, — она бормочет что-то себе под нос, я не разбираю. — Молния заела или… что. Не уверена, что ты принёс мне правильный размер.

Я почти уверен, что не принёс. Я бросил на ярлык лишь быстрый взгляд, вместо этого оценил растяжимость ткани и представил её на изгибах задницы Гарриет. Это было не логичное решение.

Я оказываюсь у двери двумя быстрыми шагами, обе руки упираются в косяк.