Друид. Жизнь взаймы - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 79

Даже если сознание потеряю от быстрой потери магической энергии – не беда. Главное сейчас – выжить и не дать умереть моим спутникам!

Монстр сорвался с места и побежал на меня. Я сжал руку в кулак и отдал приказ. Велел природе бороться вместе со мной.

Бардак какой-то! Лес, видите ли, испугался! Да, я должен его защищать. Но для этого сама природа должна делиться со мной своей силой.

Равноценный обмен.

Налететь на меня монстру так и не удалось. Всё сработало в точности так, как я и планировал. Мой разум соединился с волей леса, и я понял, что не безоружен.

Как раз наоборот: всё здесь – моё оружие.

Из земли вырвались корни деревьев, которые тут же опутали ноги монстра. Он уже набрал большую скорость, поэтому затормозить не смог. Инерция понесла его дальше, и чудовище рухнуло на землю в паре метров от меня.

А затем издало протяжный вой. Оно страдало от боли. А всё потому, что на земле его уже ждала вторая моя ловушка. Трава, что росла вдоль тропы, резко выпрямилась и затвердела. Каждая травинка стала острой иглой и смогла прорваться сквозь каменный кожный покров монстра и пронзить его сосуды и мышцы.

Меня произошедшее ничуть не удивило. Об этом я тоже читал в самоучителе. Валерьян, может быть, и был сумасшедшим дедом, но по роду своей деятельности он превосходно разбирался в большинстве развивающихся наук.

В химии, в физике, в биологии.

Естественные науки переплелись с магическим видением старика и создали по-настоящему полезный трактат.

Именно оттуда я узнал о том, что можно сделать с углеродом в окружающих меня растениях. Углерод – основа жизни. Атом, без которого на нашей планете не появилось бы ни одно животное или растение.

Судя по тому, что описал Валерьян, друид может заставить углерод в растениях уплотниться, превратиться в минерал. И это можно использовать как оружие.

После боя трава вернётся в изначальную форму.

Но энергии на этот трюк я растратил немерено. Всё-таки вторая ступень мне пока что тяжело даётся. Скорее всего, уплотнить я могу только мелкие растения. Не получится сделать из ветвей углеродные сабли или копья.

— Вот даёт… – прошептал Горенков за моей спиной. – Так его, Сева! Вали его! Вали!

Легко сказать! Монстр барахтается на земле, пытается подняться. Он получил много ран, но ни одной смертельной.

Стоп…

Только сейчас до меня дошло, какую ошибку я мог допустить. Кровь! Из монстра сочится кровь. Впитывается в землю, окропляет собой придорожную траву.

Это плохо. Валерьян говорил, что, отведав крови, местные деревья сами обращаются в нечто иное. Но у меня не было других вариантов! Что я должен был сделать? Убить эту тварь, не пролив при этом ни капли?

Я пока что в принципе не смог её убить.

И пока ещё была надежда, что в этом предупреждении имелась в виду именно людская кровь!

— Всеволод! – крикнула Елизавета. – Я вижу… Знаю, где его слабое место!

Я краем глаза заметил, что Лиза достала из сумки своё диагностическую линзу. Смотрела на монстра через неё.

Уже хорошие новости! А я-то думал, что у монстра вообще слабых мест нет.

— Где оно? – рассматривая поднимающегося противника, крикнул я.

— Под лапами, на животе! – ответила девушка. – Там очень тонкая кожа. А под ней жизненно важные сосуды. Без них его сердце не сможет работать.

Прекрасно… Пробраться к нему под лапы я не смогу. Это самоубийственная затея. Единственный вариант – повалить его на спину. И когда он откроется – нанести решающий удар.