Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой - Михаил Михеев Страница 79

— Девочка, – Поляков взял Свету за подбородок, аккуратно, но жестко фиксируя лицо собеседницы и ласково, но крайне неприятно глядя ей в глаза. – А вот объясни мне, пожалуйста, как так получается. У вас шум, гам, вопли – и никто на это не отреагировал? Что-то не сходится.

— Здесь всем и на всех плевать, – дернула головой, освобождаясь, Света. – Я Пашке говорила, чтоб он не снимал квартиру в этом районе. Тут комбинатовские живут, они не дернутся, даже если кого-то убивать будут.

Что же, это и впрямь кое-что объясняло. Микрорайон еще в советское время строил под себя текстильный комбинат, одно из градообразующих предприятий. Переселили в новые тогда еще дома людей из бараков… Вот только человека из барака можно вывести, а барак из человека – нет. И жили тут по своим, очень специфическим понятиям, для чужого попросту недоступным. В результате через полвека этот район превратился в этакий отстойник. Здесь вроде бы не процветал криминал, но все бухали, кололись или просто ни хрена не делали. И концентрация защитников природы, в смысле, не пользующихся дезодорантами, дабы не разрушать озоновый слой, и не моющихся, чтоб не истощать водные ресурсы, зашкаливала. Плевать им было на себя, а на чужих – вдвойне. Депрессивный район депрессивного города, и жизнь пролетала стороной, как завывающий турбинами самолет над болотом.

— Ясно. Телефон откуда знаешь?

— Паша сказал. На самый крайний случай.

И с чего, интересно, девочка решила, что случай такой настал? Ладно, может, и правильно сделала. В любом случае, как говаривал недоброй памяти реформатор, «процесс пошел».

— Налей чаю, – приказал Сергей, опускаясь на архаичный, с высокой спинкой и дерматиновой обивкой, стул. Антикварная мебель противно скрипнула под не таким уж и худеньким мужчиной, однако устояла. Что делать дальше, он понятия не имел. В конце концов, не Мегрэ и не Пуаро, чтобы с ходу разобраться в проблемах любой сложности. И единственное, что Поляков точно понимал, так это простую истину: очертя голову под танки бросаться не следует. Как минимум стоит обдумать ситуацию.

Телефонный звонок в тишине, чуть нарушаемой лишь позвякиванием на кухне, раздался неожиданно. Света буквально влетела в комнату, откинула какие-то шмотки, извлекла из-под них новенький (похоже, опять подарок Сурка) и недешевый смартфон. Мгновенно прервала его стоны на мотив популярных современных извращений отечественной эстрады, поднесла к уху… Повернулась и удивленно сказала:

— Это вас.

— Ну, давай, – Поляков взял у нее из рук аппарат, удивившись попутно его размерам. Даже для априори более широкой мужской руки он был великоват, а уж для женской… Интересно, как Светлана им пользуется?

— Слушаю.

— О, как раз тебя я и хотел, – раздался в ухе совершенно незнакомый мужской голос.

— Интересно, почему это вы хотели меня, а не эту проститутку Троцкого?[22] Имейте в виду, что у меня нормальная ориентация, так что если невтерпеж, идите в душ да передерните на зеркало.

На той стороне трубки на пару секунд озадаченно заткнулись. Потом раздался бодрый, хотя и самую малость нервный смешок:

— О'кей, парень, ты мне нравишься.

— А вы мне нет. Я ж сказал, ориентация у меня правильная.

— Я понял. Пускай будет так: мне нравится твое чувство юмора. Ладно, хорош шутить и слушай внимательно. Твой дружок у нас. Думаю, его девочке хватило времени, чтобы ввести тебя в курс дела. А может, и на что-то еще? Как она, темпераментная? Я вам специально лишних двадцать минут дал…