Берегись этой чертовки! Том 2 - Сода Айс Страница 79

В голове сразу зазвучала песня: «У меня есть парень».

— Картена…

Ну и зрелище: Робби с опущенной головой, Картена с веселым лицом, Найн – поодаль, сердито глядящий на меня… и я сама, внезапно оказавшаяся в эпицентре прямого романтического удара.

И при этом небо оставалось ясным.

Ай-ай-ай…

* * *

Конечно, в оригинале старшие братья Юри тоже женятся. Хотя их имена почти не упоминаются – просто «старший брат» и «младший брат», – но это же «Ее возлюбленные», романтическое фэнтези. К концу книги и второстепенные персонажи, и главные находят себе пару или женятся. Как будто только любовь ведет к счастливому финалу. А на самой свадьбе Юри все парочки начинают кричать: «Мы против этого брака!» – или рыдать.

Но при этом романтические линии второстепенных персонажей почти не освещаются. Нас просто ставят перед фактом: «Все нашли себе пару и поженились. Конец!» – и готово.

Поэтому я никак не могла предвидеть, что парень моей наставницы по фехтованию окажется братом главной героини.

— Так что я взяла Робби на руки, как принцессу, и сказала: «Этого хилого золотистого котенка нужно защищать, иначе никак!»

— А-а-а! Нет, такого не было!

— Что ж… – Мне совершенно не хотелось вникать в любовные дела второстепенных персонажей.

Меня и так достали главные герои со своими романтическими запарками, а тут еще и Картена принялась рассказывать всякие любовные истории, и Робби отчаянно пытался все отрицать – ну что за генераторы ненужной информации!

Я даже не пыталась улыбнуться и демонстрировала лишь сухую, почти равнодушную реакцию. Но Картена, несмотря ни на что, продолжала бесконечно изливать свои «розовые» истории – и в этом она действительно впечатляла. Даже невзирая на то, что ее парень сейчас сидел, едва не прикрыв уши руками от этих речей.

— Честно говоря, я думала, что, став рыцарем, буду все время драться и защищать людей. А на деле королевские рыцари почти постоянно позируют рядом с императором и при этом недооценивают женщин. Поэтому я решила: хватит. Буду защищать только одного человека. Им стал Робби.

— М-м, не знаю… зачем меня защищать?

— Ты стесняешься? Тебе неловко? – Картена усмехнулась, обвив плечо краснеющего Робби.

Он пытался сопротивляться, но не смог. О нет, я этого не вынесу. Я так больше не могу.

Я подняла указательный и средний пальцы, всерьез раздумывая: не лишить ли себя зрения прямо сейчас? Такое чувство, будто меня не просто окунули в приторный сироп, а насильно залили его в глотку – никогда в жизни ничего подобного не испытывала. И привыкнуть к этому невозможно.

— В любом случае, госпожа… Ха-ха, уберите уже это выражение лица, словно увидели нечто непотребное. Понимаете теперь, зачем я пригласила сюда Робби?

Но на беспардонный вопрос Картены я ответила абсолютно стеклянным взглядом.

— Ну как сказать… Чтобы залить все сахарным сиропом? Или устроить мне пытку для глаз? Ладно, у вас получилось.

— Ой, да бросьте. Хотя, конечно, мой возлюбленный милашка – примчался ко мне из такой дали на ковре-самолете, только чтобы увидеться…

— Ближе к делу.

— Слушаюсь. – Услышав лед в моем голосе, Картена наконец‐то прекратила фонтанировать восторгами.

Почему‐то я прониклась сочувствием к Робби, которого она прижимала к груди. С такой возлюбленной, как Картена, ему, должно быть, приходится тяжко. Хотя нет, может, Робби это даже нравится? Обычно он ведет себя как необъезженный жеребец, но перед Картеной… превращается в маленького, жалкого котенка…