Последняя роза Дивеллона - Вера Платонова Страница 8

Что-то было не так. Моя повозка стояла на месте. Негромкое ржание издала лошадь Ворона справа от меня. Я вслушалась и попыталась разглядеть в узенькое окошко хоть что-то, но стояла глубокая ночь и тьма кромешная. Судя по звуку мягкого приземления, Десволин спешился. Остальные уже стояли на ногах. Тихо-тихо вынул меч из ножен Даррох.

Они чего-то ждут. Я выхватила из кошелька кинжал, казавшийся мне не грознее зубочистки, и сжала его рукой, отчего ладонь накрыла почти все лезвие.

Еще мгновение. И послышались топот, рычание, и лязг мечей.Глаза мои разглядели мелькание множества человекоподобных силуэтов. Аторхи, и на этот раз их было много. Коротко вскрикнул Даррох, выругался Ворон.

Моя повозка вдруг начала раскачиваться и повалилась набок, дверцей вниз. Я догадалась, что это сделал силач Десволин, чтобы тварям сложнее было до меня добраться.

Послышался удар, затем еще один: кто-то пытался пробить дыру в моем убежище. Еще немного и внутреннюю обивку повозки разорвал короткий широкий клинок, который с фанатичным упорством стал увеличивать проем. Темная рука пролезла внутрь вслед за клинком и я в исступлении ужаса стала колоть ее своим кинжалом. Рука исчезла, но следом появилось еще две, которые стали ковырять обшивку, отрывая от нее куски. Наряду с этим кто-то другой продолжал долбить повозку снаружи.

Шум боя не стихал, и в появившийся проем сунул голову, а затем и плечи, один желтоглазый. Он потянул ко мне свои руки, и тут же сник, наполовину повиснув в дыре и почти касаясь своим отвратительным лицом моего.

– Жива? – спросил Туман снаружи, и не успела я ответить, как он глухо вскрикнул и повозка качнулась от навалившегося тела.

Не прошло и половины шааза, как все кончилось. У меня испарина выступила на лбу и зубы сжались до скрежета от неизвестности: чья взяла?

– Двадцать четыре! – крикнул Ворон, и от этого крика я почти заплакала от счастья. – Тот на привале был двадцать пятым.

Повозка моя снова стала раскачиваться вместе со мной. Ворон и Борх вдвоем с трудом сумели ее поднять.

Килиан распахнул дверцу, выясняя жива я или нет. Небо чуть просветлело.

– Что там? – заглядывал через его плечо Ворон.

– Вроде живая.

Я на четвереньках выползла из повозки и выкатилась наружу.

В окружении темных тел на потемневшем от крови снегу лежали не подающие признаков жизни Туман и Десволин. Возле них на корточках сидел Даррох, держащийся за бок.

– Силач и Туман, – хмуро констатировал Ворон. – Даррох, выглядишь погано!

Рыжий тиульб охнул и снял шапку, зажимая ей льющуюся из раны кровь.

– Хвосты Теволены! Держись, шепелявый, – дохромал до него Борх, который и сам-то не отличался цветущим видом.

Я вернулась в повозку и стала выгребать из нее одеяла в поисках неведомо куда запропастившегося сундучка. Наконец, он сыскался. Я трясущимися руками стала перебирать склянки, в надежде, что найду нужные. Но глаза отказывалисьвидеть то, что трогали руки. Перебрав все содержимое на три раза, я все же нашла склянку с нужной микстурой, и баночку травяной мази.

– Два маленьких глотка, – сунула я Дарроху микстуру в рот. – Закроет кровь!

Сама, толком не понимая, два ли глотка ему делать или меньше. А может, больше? Назвала какое-то среднее значение, пришедшее на ум. Напитала оторванный свернутый вчетверо лоскут ткани мазью и прижала к ране.