Развод с драконом. Платье для его новой невесты - Лилия Тимолаева Страница 8

Но руки на ларце лежали спокойно.

И ткань внутри молчала уже иначе.

После прикосновения Селесты Элира будто чувствовала сквозь дерево тонкую тревожную дрожь, похожую на отзвук струны, по которой провели острым ногтем. Не звук, не слово, не видение, а память материала. Белая основа не стала чужой. Она всё ещё принимала пальцы Элиры, всё ещё отозвалась на неё тем тихим теплом, которое пришло в первый миг. Но в этом тепле теперь таилась тень.

Рейнар смотрел на её руку.

— Основа принадлежит дому Вейр, — произнёс он.

— До завершения работы она принадлежит обряду, — ответила Элира. — А обрядовая ткань не переходит из рук в руки без отметки мастерицы. Вы сами сказали, что родовой огонь признал её пригодной. Не думаю, что герцог Вейр желает нарушить правила, которые только что призвал меня соблюдать.

На этот раз в зале не послышалось ни смешков, ни шёпота. Молчание стало осторожным. Элира ещё не понимала всех законов этого мира, но успела уловить главное: древняя знать могла презирать человека, однако перед правильно названным правилом ей приходилось останавливаться.

Седой глава Совета, тот самый, что несколько минут назад утверждал развод так, словно ставил печать на испорченном счёте, сузил глаза.

— Леди Арн, вы помните порядок передачи обрядовой основы?

Леди Арн.

Без Вейр.

Имя ударило неожиданно. Коротко, точно, как щелчок ножниц возле самой кожи. Элира не показала, что услышала в этом не просто обращение, а напоминание: её уже отсекли от дома, к которому она принадлежала семь лет.

— Помню достаточно, чтобы не позволить никому испортить работу до первого шва, — сказала она.

Это было полуправдой. Она помнила не разумом. Руки помнили. Пальцы, запястья, кожа под старым ожогом в форме искры. Там, где сознание новой Элиры ещё натыкалось на пустоту, тело вдруг давало верный ответ: как держать ларец, какой стороной повернуть печать, где искать внутренний замок, когда нельзя касаться ткани ладонью, а когда — необходимо.

Селеста стояла чуть поодаль и улыбалась с безупречной мягкостью.

— Конечно, — произнесла она. — Мне бы не хотелось, чтобы из-за меня нарушались такие важные тонкости. Леди Элира всегда была… внимательна к правилам.

Пауза перед словом “внимательна” была почти незаметной.

Почти.

Элира повернула к ней голову.

— Правила часто защищают тех, кого люди защищать не хотят.

На лице Селесты ничего не изменилось. Только пальцы, сложенные у пояса, на миг сжались сильнее, и складка голубой ткани под ними легла не так ровно.

Рейнар сделал шаг к столу и взял документ с мастерским договором. Под печатью Вейров вспыхнула тонкая огненная линия, затем погасла.

— Договор будет перенесён в малую мастерскую восточного крыла, — сказал он. — Там вы сделаете первичный эскиз, снимете мерки и определите перечень работ. До окончания церемониального платья вы остаётесь во дворце под надзором дома Вейр.

Элира медленно подняла взгляд.

Вот и ещё одна цепь.

— Несколько минут назад мне сообщили, что я должна покинуть дворец.

— После завершения работы.

— Удобная поправка.

— Не испытывайте моё терпение.

Он сказал это тихо, но воздух вокруг будто стал плотнее. Золотые знаки клятв над столом дрогнули, как пламя на ветру, и Элира впервые ощутила не человеческую, а драконью часть его власти. Что-то древнее, тяжёлое, привыкшее не просить дважды.