Яд темной любви - Лана Ежова Страница 80

Обидно, что среди полисмагов есть любители сплетен. И что с этим делать? Только ждать решения короля.

Во рту загорчило. Скрестив руки на груди, я кивнула:

— Спрашивай. Мне интересно, что говорят.

— Ох, такой бред несут, а Марик повторяет, – смутилась Венда. – Мол, тебя насильно выдали замуж, но целовалась в итоге ты не с мужем, а с кромешником. Тем, что привез из храма и теперь охраняет. Это ведь неправда?

Меня словно крапивой по щекам ударили. И губы вновь предательски запылали. Явно не из-за странного обряда, а из-за поцелуя с Ярвудом.

— Еще какая правда…

Венда смущенно опустила глаза.

— Почему так вышло, не мое дело. Меня интересует другое: не боишься, что давелиец теперь не отстанет? – шепотом спросила она. – Ты даже не видела, какой он, из-за их дурацких плащей.

Я изумленно уставилась на соседку. То есть никто не обсуждает сходство Ярвуда с принцем? Неужели его величество уже подчистил воспоминания полисмагам?

Ответить я не успела. Открылась входная дверь. Вместе с холодным воздухом в дом хлынула сила. Тяжелая, тягучая, плотная. Незримая могущественная тьма.

Нарочито оглушительно громыхая сапогами, на кухню зашел кромешник в черном плаще, усеянном крупными, сверкающими в свете маглампы снежинками. Магический капюшон скрывал лицо, и на миг мне показалось, что это другой, не мой кромешник. В смысле не напарник будущей авантюры.

В руке давелиец держал алебарду из тьмы. Двухметровое древко, черное, как пропасть ночью, венчал сплав боевой секиры и кривого меча. По его острию пробегали лазурные искры, а из обуха росли длинные шипы.

Вокруг лезвия дрожал воздух, искажаясь, как над раскаленным солнцем песком. Язычки черного пламени пробегали по древку, не обжигая мужские пальцы. Золотой свет маглампы, касаясь алебарды, вяз в ней, словно тьма его пожирала.

Я видела оружие кромешников раньше: изящные мечи, смертоносную косу, гибкие, как змеи, плети из тьмы. Но это… Алебарда ужасала одним своим видом.

Почувствовав наше напряжение, Ярвуд разжал пальцы – оружие развеялось черным дымом, но его тень на стене задержалась на миг, будто намекая, что может вернуться в любую секунду по приказу хозяина.

— Охранки установил, сигнальная сеть предупредит, если во двор проникнут чужие, – глухо сообщил мужчина. – Можете спать спокойно.

Я тихонько выдохнула: низкий, хорошо знакомый голос выдал, что это все-таки Ярвуд.

— Спасибо, – поблагодарила Венда и добавила: – Разделите с нами поздний ужин. Выпечку я готовила по семейному рецепту.

— С удовольствием.

Сбросив плащ на стул возле магической жарко пылающей печи, Ярвуд опустился на лавку рядом со мной. Места предостаточно, но его бедро прижалось к моему. По коже пробежала волна мурашек, будто тьма кромешника проверила, не отпряну ли я.

Случайно вышло? Если нечто подобное повторится, придется поговорить на весьма щекотливую тему…

Гадая о чужих скрытых мотивах, я несколько секунд искоса рассматривала напарника.

Яркую внешность сейчас скрывала мастерская иллюзия: пепельные волосы, голубые глаза, острые нос и подбородок. Симпатичная, но незапоминающаяся маска.

И что мешало ему носить такую раньше? Король не ломал бы голову, что делать с тестем заохийского правителя. Отпускать его, когда знает правду, нельзя. И не отпускать – тоже, чревато проблемами.