Друид. Тайные тропы - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 82

А теперь этот расчёт летел в воду вместе с камышами, мимо которых мы проплывали.

Потому что если Озёрову нужна не соседская территория, а моё месторождение живой магии, дающее жизнь всему лесу, то никакой аппетит он не потеряет.

За такое воюют по-настоящему: поколениями, закапывая собственных людей и чужих, покупая министров и магов. В моём мире так велись войны за нефть.

Я медленно выдохнул.

Всё вставало на свои места. Старик замолчал, потому что сказал всё, что хотел, и теперь ждал от меня приговора. Он имел право ждать, но у меня для него не было приговора.

— Павел Демьянович, – начал я.

Он поднял голову.

— Перестаньте себя хоронить. Вы отчёт написали честный, потому что вам никто не сказал, для кого он. Если бы вы писали по-другому, то не были бы целителем, а были бы шарлатаном. И я бы сейчас сидел в лодке с другим человеком, – тихо продолжал я. – Ваш отчёт прочитал Озёров, и тот сам увидел в нём наживу. Это не ваш грех, а его. Вы исполнитель, не заказчик. Решение о войне с моим отцом и со мной принимали не вы. Вы здесь сейчас потому, что у вас есть дочь, и ради неё вы отказались мешать последние два ингредиента в той дряни, которой он хотел меня свалить. Этого мне достаточно.

Он всхлипнул. Один раз. Я отвернулся, чтобы ему было легче.

Левачёв снова взялся за вёсла. Камыш зашуршал. А где-то вдалеке, за горизонтом, уже показались первые рассветные лучи.

— Здесь остановимся, – сказал я тихо. – Дальше идём пешком.

— Через лес? – уточнил Левачёв.

— Да, так быстрее всего.

Он кивнул и повёл лодку к пологому берегу.

Мы высадились в месте, где старый ивняк спускался к воде и земля пахла сырым мхом. Я вытащил старика на руках – он уже еле держался, вода источника почти израсходовалась.

Марина разбудила Костю, и тот посмотрел на меня мутно, не сразу сообразив, где он и кто я. Левачёв затолкал лодку обратно в камыш, чтобы её не нашли с берега. Больше она нам не нужна.

— Идём так, – сказал я. – Костя рядом с Мариной, пока сможет, а если не сможет, то я помогу ему идти. Павел Демьянович, идёте рядом со мной, я вас поддержу в случае чего. Левачёв, ты идёшь сзади и смотришь, чтобы никто не отстал. Если устанете – говорите. Лучше лишний раз сядем, чем эта дорога будет стоить нам всем здоровья.

Мы выдвинулись в лес. И достаточно быстро нашли звериную тропу, которая вела в нужном направлении.

Сначала было тяжело. Старик оседал всем телом, я его тянул за собой.

Лес подходил к самой кромке берега. Сначала – ивы, потом – ольха, дальше уже пошли сосны, и я понял, что мы уже перешли невидимую черту. Всей душой почувствовал, что земля под ногами стала своей. У меня впервые за ночь насытились магические каналы. Лес меня узнал.

И повёл самой короткой дорогой. Показал образ: овражек с ручьём, там удобный переход. Мы пошли туда. Дальше обнаружил в полуверсте впереди двух волков, сидевших на пригорке и смотревших в нашу сторону. Я через разведчика им коротко показал образ: «свои, не трогайте», и волки легли в траву и отвернулись.

Лес не говорил со мной голосом, а показывал маленькие картинки через глаза моих лазутчиков. Этого хватало.

На первом привале я посадил старика на пень. Левачёв плюхнулся на землю и вытянул ноги. Марина положила Костю головой себе на колени и стала гладить его по волосам, а парень совсем не возражал.