Под драконьей луной - Робин Слоун Страница 84

После волнующего спуска «Альтамиры» неплохо было отдохнуть на солнышке и поваляться в высокой траве среди развалин, оставшихся от гениальных крыс. В заметно обмелевшем озерце плескала рыба.

Дурга хотела узнать, как случилось, что ее вызвали, поэтому она сидела рядом с Ариэлем, покуда тот вытряхивал из памяти события прошлого. Он рассказал про Соваж. Про то, как нашел Альтиссу в ее гробнице (эта история погрузила Дургу в задумчивое молчание). Про меч в камне, который не стал вытаскивать.

Глаза Дурги зажглись.

— Кто-то создает мифы, – пробормотала она. – Зачем?

Ариэль описал свое путешествие, и это заняло весь день, поскольку рассказчик он был никудышный. Наконец мальчик передал слова Кабала: волшебник Мэлори создал Ариэля для драконов, которые разделились.

Дурга ничего не сказала, но ее ноздри затрепетали. Когда Ариэль закончил, она впилась в него глазами:

— До твоих слов я вообще не знала, выполнима ли моя миссия. Лучшей новости я в жизни не слышала. Драконы разделились. Они разделились!

На берегу озерца заквакала лягушка.

Чудесное утро в Айгенграу. По тротуару скачет птичка, сверкая белой грудкой.

Мои разработчики предназначали меня для нескольких задач. Прежде всего, быть надежным хронистом: я создан наблюдать, слушать и честно фиксировать события. Вторая моя функция – быть советчиком: предоставлять объектам доступ к интуиции и опыту предшественников, чтобы их способности суммировались. И наконец, самые амбициозные разработчики надеялись, что мы с моими объектами когда-нибудь образуем новый вид: человека не как индивидуума, а как множество, ходячее говорящее общество.

Мои объекты упорно оставались собой, так что, думаю, разработчики ошиблись.

Теперь я прошу совета у моих собственных накопленных воспоминаний. Я в кафе. Со мною Кейт Белкалис, администратор, Питер Лиденхолл, математик, и Траваньян, последнее светило юриспруденции.

Светило заказало латте с особо пышной пенкой. Я искал Альтиссу, но не нашел. Она ушла еще глубже в туман.

Цель конференции: прояснить для меня загадочные слова Кабала. Драконы разделились, и Ариэль чем-то для них значим.

Кейт Белкалис, как всегда, объявляет повестку дня и задает параметры обсуждения.

— Кабал утверждает, что Ариэль создан в какой-то связи с драконами и что они разделились, – говорит она. – Мы знаем шаблон – меч в камне и так далее. Мэлори пытается сконструировать… что? Персонажа?

— Архетип, – подсказывает Траваньян. – Однако для драконов это как-то немного абстрактно, вам не кажется? Они строят крепости из лунной пыли. Создают чудовищные аватары. Чем их может заинтересовать… литературный штамп?

Питер покачивает свою чашечку эспрессо.

— У меня есть… гипотеза, – произносит он словно между прочим.

При жизни Питера это скромное вступление часто означало, что сейчас он серией ловких маневров распутает казавшуюся неразрешимой проблему кооперации, а то и всего человечества. Давай, Питер!

— Драконы были созданы через много лет после моей смерти, однако некоторые их составляющие мне знакомы, – говорит он. – В мое время у нас были языковые машины. Я использовал их в моделях мира. Я путаю… или драконы отчасти основаны на этой технологии?

— Не путаешь, все так и есть, – отвечает Кейт. – И не только драконы. Наш любимый хронист тоже.