Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна Страница 84

Не тень.

Он выглядел безупречно: тёмный камзол, гладко зачёсанные волосы, спокойная улыбка. В руке он держал княжескую печать Райгара — или её копию, окутанную чёрным дымом.

Когда двери открылись, он даже не вздрогнул.

— Ваша светлость, — произнёс он.

— Как драматично.

Райгар вошёл первым.

Элиана — рядом.

В зале прошёл шёпот.

Она услышала своё имя. И другое — уже знакомое.

Пепельная жена.

Малгрей посмотрел на неё с удовольствием коллекционера, увидевшего редкую вещь на своём месте.

— И хранительница тоже здесь. Прекрасно. Храм оказался щедр.

Райгар поднял пламя.

— Отойди от чаши.

— Всё ещё приказываете? Даже после того, как ваш собственный огонь признал, что нуждается в посреднике?

Элиана почувствовала, как советники смотрят на неё. В одних лицах был страх. В других — жадность. Некоторые уже понимали, что она больше не просто жена. Она стала доказательством слабости князя или его спасения — смотря кто говорил.

Райгар сделал шаг вперёд.

Малгрей поднял печать.

Центральная чаша вспыхнула чёрно-красным.

Райгар резко остановился.

Ольвен крикнул:

— Не подходите! Он связал чашу с дворцовой защитой!

Малгрей улыбнулся.

— Верно. Один неверный удар княжеского пламени — и щиты над Альтароном падут. Нижний город сгорит первым. Не очень удачный образ для правителя, правда?

Элиана почувствовала, как Райгар застыл.

Вот ловушка.

Не цепи. Не мечи.

Люди.

Малгрей снова говорил с его страхом.

Защитить. Удержать. Не потерять.

И через это — подчинить.

Элиана шагнула вперёд.

— Вы разочаровывающе повторяетесь, архонт.

Малгрей перевёл взгляд на неё.

— Простите?

— Вы всё время предлагаете один и тот же выбор. Ударить — и погубить невинных. Молчать — и позволить вам править. Спасти одного — потерять другого. Очень уныло для человека, который так долго готовил заговор.

В зале кто-то ахнул.

Кайрен, вошедший через боковую дверь с мечом в руке, тихо сказал:

— Вот теперь я спокоен. Она начала его оскорблять.

Малгрей улыбнулся.

— Смелость идёт вам, княгиня. Но смелость редко переживает понимание цены.

— Зато трусость прекрасно живёт в советах.

Несколько лордов возмущённо зашептались.

Герцогиня Верта побледнела ещё сильнее, возможно, от оскорбления, возможно, от того, что узнала себя.

Малгрей поднял руку.

Чёрные нити потянулись от печати к центральной чаше.

— Вы опоздали. Княжеская печать уже признала временное управление. Осталось только связать пламя.

Райгар сказал:

— Печать украдена.

— Печати всё равно, кто держит её, если кровь власти слабеет.

— Моя кровь не слабела.

— Но была проклята.

В зале снова поднялся шёпот.

Малгрей повернулся к советникам.

— Видите? Он не отрицает. Ваш князь годами скрывал повреждение пламени. Его правление держалось на молчании, гордости и страхе. А теперь рядом с ним женщина, способная погасить драконье пламя навсегда. Вы доверите им город?

Кто-то из лордов сказал:

— Княгиня применила неизвестную магию в нижнем квартале.

Другой добавил:

— Народ уже зовёт её Пепельной женой.

— Именно, — мягко сказал Малгрей.

— Сегодня они кланяются. Завтра спросят, зачем им красный князь, если есть та, кто может судить драконов.

Райгар напрягся.

Элиана почувствовала это.

Малгрей снова бил туда, где болело. Теперь не только в страх за город — в страх потерять власть, стать ненужным рядом с той, которую он сам назвал ненужной.