Школа дорог и мостов - Тамара Михеева Страница 84

— Янина будет играть роль твоей богатой покровительницы, – продолжал Алехин, – она тебе покровительствует, потому что… потому что…

— Она дочь моей любимой подруги? – предложила Янина.

— Которая умерла, – кивнул Алехин и под стрелочкой «родители» написал: «сирота».

— Нет, погоди, я же не могу дружить с кем-то из покоренных народов… А дочь книжников не может служить в библиотеке.

— Да, точно. Тогда, может, ее мать – твоя верная служанка, которая умерла? – предложил Алехин.

— А я так добра, – подхватила Янина, – что забочусь о ее дочери, потому что своих детей у меня нет и…

— Не слишком ли это… гуманно для книжников?

— Книжники не монстры! – вспыхнула Янина. – Среди них много прекрасных, достойных и очень добрых людей.

— Ну да, ну да, – пробормотал Алехин. – Что ж, пусть. Надеюсь, мастер, к которому ты будешь пристраивать Сашу, не очень умен.

— Это не важно. Главное – найти подход и… узнать его слабости.

Алехин ничего не ответил.

— Где твой отец? – вдруг повернулся он к Саше.

— Что?

— Где твой отец, Си, что с ним случилось?

— А… ну… он, наверное, умер? – осторожно предположила она, взглянув на «сироту». – Погиб, потому что… э-э-э-э… может, он помогал кому-то? Может, он спас Яну и поэтому она так добра ко мне?

— Слишком в лоб, – поморщилась Янина. – Давайте лучше он будет из братства.

Саша не могла не заметить, что Алехин дернулся. Совсем как Кирилл, когда она спросила его о старой карте.

— Думаешь, это уместно? – пробормотал Алехин.

— Вполне. Это создаст прочную основу. Крошка Си была совсем маленькой, когда он погиб, а ее мама почти ничего о нем не рассказывала, потому что боялась, что дочурка проболтается о братстве. При этом помогает Си именно нам – братству, которое попросило ее об этом. Помогает в память об отце, которого не помнит, но все-таки любит.

— Не слишком сложно?

— Совсем нет. И госпожа Янита прибыла в Рилу именно по заданию братства. Понимаешь?

— Да, – сказал Алехин.

— Нет, – призналась Саша.

Янина повернулась к ней.

— В других мирах нам нельзя врать. Точнее… в общем, намеренная и осознанная ложь будет разрушать маршрут, который мы здесь составим, и это может затруднить обратный переход. Поэтому мы стараемся максимально избегать лжи.

— Вы серьезно? – не поверила Саша. – Ведь все построено на вранье! Вы, – она повернулась к Алехину, – первым делом попросили меня маме соврать!

— Да, но…

— «Это другое»? – насмешливо спросила она.

— Саша, – вздохнул Алехин, – когда ты читаешь сказки, ты понимаешь, что это все вранье?

— Да при чем тут это…

— Ты же сама сказала, что попасть в другой мир – это как попасть в книгу.

Саша заметила, что Янина приподняла одну бровь, как бы уточняя у Алехина, неужели и правда она это сказала. Алехин кивнул в ответ.

— Мы не считаем книги враньем, хотя события, которые там происходят, часто ну никак не могут быть правдой… с точки зрения нашего мира. Но мы верим, верим, если книга хорошо написана. А если автор где-то… ну, выбрал неточную интонацию или заставил героев поступать вопреки их характеру, то мы морщимся и говорим: да ну нет, ерунда какая-то, не верю. Считай, что на время посещения другого мира ты становишься героем книги и тебе там нельзя врать. Ну, просто такой закон.

— Чем больше ты врешь, тем сильнее разрушаешь свою легенду, а именно легенда позволяет тебе быть там, в том мире, взаимодействовать с ним.