Невеста по ошибке для альфы из клетки - Ксения Соболева Страница 85

Громов замолчал.

— Не надо говорить за него. Не надо делать его благородным, потому что он был вашим союзником. Может, он правда защищал. А может, просто решил, что раз я ребёнок, со мной можно не считаться. Все, кажется, очень любят решать за меня. Бюро решило, куда меня отправить. Контур решил, с кем меня связать. Вы решили, что мне опасно. Отец решил, что я буду тайником. Прекрасная компания.

— Я не решил, что тебе опасно.

— Решили.

— Я увидел.

— И сразу начали командовать.

— Да.

— Вот видите.

Он встал. Медленно, но всё равно встал. Я сразу заметила. Конечно, заметила. Ненавижу, что уже замечаю, как он двигается после ранения, где придерживает плечо, где делает вид, что не придерживает.

— Сядьте, - сказала я.

Он остановился. Посмотрел на меня.

— Ты злишься на отца, а командуешь мной.

— Удобная переадресация.

— Заметил.

— Сядьте. Это не забота, это пункт правил.

— Конечно.

Он сел обратно. Я отвернулась, чтобы он не увидел, как у меня дрогнули губы. Потому что я действительно злилась. На отца. На него. На всех. Но когда он сел, стало чуть легче. И это было уже совсем нечестно.

В коридоре послышались шаги, затем осторожный стук по открытой двери.

— Можно? - спросил Орлов.

— По моим новым жизненным обстоятельствам, видимо, всем можно, - сказала я.

Орлов вошёл. Вид у него был не лучше нашего: небритость, усталые глаза, форма помята, но собранность на месте. За ночь он, кажется, превратился из лейтенанта изолятора в человека, который теперь отвечает за два биологически и юридически несовместимых бедствия: меня и Громова.

— Инесса Марковна на связи через десять минут. Савельев требует осмотреть Громова. Павел Игоревич требует подписать утренний протокол состояния.

— Павел Игоревич когда-нибудь спит?

— Не думаю.

— Он человек?

— Юрист.

— Логично.

Орлов заметил книгу в моих руках.

— Что это?

Я протянула ему книгу, но Громов резко сказал:

— Не трогать.

Орлов замер.

— Почему?

— Сообщение проявилось на странице. Может реагировать на кровь, тепло, контакт, статус допуска. Пока смотрим без рук.

Орлов подошёл ближе, прочитал. С каждой строкой лицо его становилось серьёзнее.

— «Ключ больше не у меня», - повторил он. - Значит, вчерашний запрос точно не от вашего отца.

— Или от него, но не добровольно, - сказала я.

Орлов посмотрел на меня. В глазах мелькнуло сочувствие, и мне сразу захотелось его выгнать. Сочувствие утром действует хуже горьких капель: вроде помогает, но принимать невозможно.

— Мы проверили логи, - сказал он. - Запрос через ключ Андрея Светлова шёл не из центральной системы Бюро.

Громов напрягся.

— Откуда?

— Через старый внешний шлюз. Такие использовали до реформы контуров лет десять назад. Сейчас они должны быть отключены.

— Но не отключены, - сказала я.

— Да. И адрес запроса маскировался. Павел Игоревич поднял первичные следы, но без доступа старшего уровня не вытянет больше. Инесса Марковна запрашивает.

— Виктор Сергеевич знает? - спросила я.

Орлов помолчал.

— О книге - нет. О запросе - формально да. О маршруте - знает, что вы размещены на защищённом объекте. Точный адрес ему не передавали.

— Он будет в бешенстве, - сказала я.

— Уже.

— Приятная новость.

Громов взял книгу обратно и положил на стол.

— Он связан с внешним шлюзом?

— Пока нет доказательств, - сказал Орлов.