Объедки для Декана-привереды - Амалия Лонг Страница 87

— Лучше, чем когда-либо, — ответила белая кошка. — Спасибо, что привёл меня сюда.

— Ты про помойку?

— Я про тебя.

Утром, когда студенты разошлись, драконы уснули в своих костюмах, а крысы вернулись в норы, мы с Альтаиром сидели на груде старых газет и смотрели на рассвет.

— Знаешь, — сказала я, — Уголёк прав. Из мусора рождается золото. Я была мусором. А стала…

— Моей невестой, — закончил он.

— Я хотела сказать — счастливой.

— Это одно и то же.

Мы сидели молча. Где-то в коробках мирно сопели два кота — чёрный и белый, переплетясь хвостами. Свадьба должна была начаться через пять часов.

Я не спала, но усталости не чувствовала.

Потому что впервые в жизни мне не нужно было просыпаться на помойке. Помойка сама пришла ко мне, чтобы проводить в новую жизнь.

Глава 37. Киндер сюрприз

Глава 37. Киндер сюрприз

Я думала, это отравление.

Три дня подряд меня мутило по утрам. Не сильно, но стабильно — как только открывала глаза, желудок делал кульбит. Я списывала на вчерашний суп (хотя суп был свежий), на эксперименты с новыми специями (хотя специи были обычные), на нервы перед проверкой из министерства (но проверку отменили).

— Ты бледная, — сказал Альтаир за завтраком, отодвигая мою тарелку с яичницей. — Ешь.

— Не хочу.

— Ты всегда хочешь яичницу. Это я не хочу яичницу, потому что драконы предпочитают мясо. А ты — всегда.

— Отстань, — я отодвинула тарелку обратно. — Может, грипп.

— Драконы не болеют гриппом, — заметил Уголёк. Он сидел на столе и смотрел на меня немигающими жёлтыми глазами. — А люди — болеют. Но ты не похожа на больную. Ты похожа на… странную.

— Спасибо, — буркнула я.

Кот спрыгнул на пол, подошёл ко мне, встал на задние лапы и принюхался к моему животу.

— Уголёк, что ты делаешь? — спросила я.

— Не мешай, я диагностирую.

— Ты кот, а не врач.

— Коты чуют лучше любых врачей.

Он втянул носом воздух раз, второй, третий. Его усы затряслись. Потом он отпрыгнул, как от удара током, и уставился на меня с таким выражением, будто увидел привидение.

— Айза, — сказал Уголёк странным голосом. — Ты знаешь, чем пахнешь?

— Чем? — насторожилась я.

— Щенком.

— Что? — не поняла я.

— Щенком! Маленьким, драконьим щенком! — кот заметался по кухне. — Я знаю этот запах! У меня было чутьё на драконьих детей ещё при Кассандре — она своих фамильяров проверяла, вдруг кто забеременеет от дракона. Я этот амбре ни с чем не спутаю!

Альтаир, который до этого ковырялся в тарелке, замер с вилкой на полпути ко рту.

— Что ты несёшь? — спросил он тихо.

— Твоя жена пахнет драконьим щенком! — заорал Уголёк. — То есть не щенком, а драконёнком! То есть… Айза, ты беременна!

Вилка выпала из рук Альтаира. Звякнула о тарелку. Декан побелел так, что стал похож на свою статую в крипте академии.

— Не может быть, — прошептал он.

— Может, — Уголёк уже успокоился и сидел на столе с видом профессора, поставившего гениальный диагноз. — Или, скажем так, очень вероятно. Айза, у тебя тошнит по утрам?

— Ну… — начала я.

— Ты стала капризной? Требуешь, чтобы я убирал свои игрушки с дороги?

— Твои игрушки — это крысиные хвосты. Они и так везде валяются.

— Ты плачешь над фильмами, где счастливый конец?

— Я всегда плачу над счастливыми концами.

— Ты полюбила солёные огурцы со сметаной?

Я замерла. Действительно, вчера вечером я съела банку солёных огурцов, запивая сметаной. Альтаир тогда сказал, что это варварство, а я обиделась.