Моровое поветрие - Рита Хоффман Страница 88

Владлен выругался, да так гадко, что у Луки уши покраснели.

— Нужно словить всё! – выкрикнул Владлен. – Все сжечь надо! Все до последнего куска!

Пока Лука вытаскивал на берег обезображенное тело, Владлен руками хватал все, что не успело унести течением. Вонь стояла страшная, сарафан покойницы, и без того запачканный, покрылся черными пятнами.

— Всё, ничего больше не успел схватить! – Владлен с отвращением бросил на землю склизкие куски.

— Если не все сожжем, она снова вернется? – спросил Лука, стаскивая с себя провонявшую смертью рубаху.

— Будет ходить, пока не изведет всю свою семью и Станислава. Сучье племя, это ж надо было так… Чего ты тащил ее так неосторожно?!

— Я? – удивился Лука. – Кто ж знал, что она на куски разваливаться начнет?

— Я! Я знал.

Владлен обессиленно присел на корточки, спрятал лицо в ладонях, но тут же дернулся, принялся вытирать руки о мокрые штаны.

— Знал ведь, что с утопленниками осторожнее надо, но не сказал ничего, – пробормотал он. – Ну и вонь!

— Получилось как получилось, сожжем тело, а там…

— Что там? – Владлен на Луку посмотрел. – Будь что будет? А если по моей вине люди помрут?

— Твоей вины в этом не будет.

— Ага, как же! Хорош охотник, с вытьянкой справиться не сумел, это ж надо…

Лука схватил Владлена за руки и заставил подняться.

— Люди умирают не по твоей прихоти. Всем помочь ты не в силах, – твердо сказал он. – Раз ищешь кого винить, вини Станислава и вот, девицу эту. Будь они поумнее, не случилось бы ничего.

— Но ведь Мрачный Взвод для того и нужен, чтобы люди не страдали от нечисти, чтобы было кому их защитить.

— Все ли люди помощи заслуживают? – тихо спросил Лука. – Ты не должен нести на своих плечах чужие ошибки. Сделаем, что сможем, а остальное – это не твоя забота.

— Рыж бы меня за такое по голове не погладил… – пробормотал Владлен.

— Я бы с ним поговорил.

— Вступился бы за меня? – лукаво блеснули золотисто-ореховые глаза. – Перед батей?

— Перед кем угодно.

Лука увидел слезы, стушевался, а Владлен вдруг обнял его крепко и тихо сказал:

— Я не знаю, чем заслужил такого друга, как ты. Ничего как следует сделать не могу, все из рук валится, что ни день, то выставляю себя дураком. А ты все еще здесь, не отвернулся, не ушел, еще и не попрекнул ни разу ошибками. Если все волкодлаки такие, то хочу среди вас жить.

Жгучую боль – вот что ощутил Лука, услышав это. Боги не наделили его даром красноречия, он не мог подобрать слов, способных переубедить Владлена, не знал, как объяснить ему, что не обязательно быть всезнающим и непогрешимым, чтобы заслужить любовь и дружбу.

Оказалось, что схожего между ними куда больше, чем Лука думал. Выращенный Псарем, он тоже считал, что все хорошее должен заслужить, но себя-то не жалко, а Владлена – очень.

— Я боюсь подвести тебя, – прошептал Владлен, – боюсь подвести Рыжа и всех, кто поверил в запуганного мальчишку. Боюсь, что не стану хорошим охотником, что недотяну до тех, кто жизни не жалел, спасая простых людей.

Лука стиснул его пальцы, откашлялся, собираясь с духом, и уверенно сказал:

— Если будут вершины, до которых ты дотянуться не сможешь, я тебе помогу. Оступишься – руку подам. Не сможешь встать – понесу на плечах.

— Посильна ли эта ноша? – глухо спросил Владлен.

— И свою осилю, и твою пополам поделим.