Дитя прибоя - Эльхан Аскеров Страница 89

— Ты целитель, и если твои старейшие не смогли этого понять, то они сами предатели, – отмахнулся Лёха. – Но ведь это ещё не всё. Я прав?

— Ты точно не маг? – изумлённо спросил эльф. – Будто мысли читаешь.

— Я в приюте вырос. Такое повидал, что иногда самому вспоминать тошно, – грустно усмехнулся парень. – Рассказывай.

— Братья, – коротко выдохнул эльф.

— Что, братья? – не понял Лёха.

— Братья постоянно издевались надо мной из-за моего нежелания становиться воином. Били, унижали меня. И я не выдержал, – чуть слышно всхлипнул Эльвар. – Я самый младший в семье и не могу противостоять им. Они все старше и сильнее. А главное – они жестокие.

— Понятно, – вздохнул Лёха, старательно обдумывая сложившуюся ситуацию. – Сколько до ваших пущ идти?

— Отсюда два десятка дней, – вздохнул Эльвар.

— М-да, маловато, – скривился Лёха.

— Маловато для чего? – не понял эльф.

— Чтобы научить тебя как следует драться.

— Я не хочу, – вскинулся Эльвар. – Драться – значит причинять кому-то боль. Я не могу этого делать.

— А терпеть боль можешь? Или, может, тебе это нравится?

— Нет. Очень не нравится! – Эльвар так замотал головой, что уши по щекам захлопали.

— Тогда включи голову и слушай меня внимательно, – заявил Лёха, решительно беря эльфа пальцем за ремень и подтягивая поближе. – Никто не заставляет тебя причинять кому-то боль ради удовольствия или собственного развлечения. Но защищать самого себя ты просто обязан. В противном случае ты становишься слабым звеном в команде. Нам нужен не просто целитель и проводник, которого постоянно нужно защищать. А боец, способный любого противника в бараний рог свернуть. Пойми, Эльвар. Если мы будем должны постоянно тебя защищать, то, возможно, не сумеем отбиться, если на нас нападут. А если ты станешь бойцом, то отряд сразу увеличится ещё на два ствола.

— Ты знаешь, я не люблю убивать. Очень, – упрямо насупился эльф.

— А разве мы убили хоть кого-то, кто этого не заслуживал? – тут же спросил парень. – Или, может быть, мы напали на кого-то?

— Нет, – покачал головой Эльвар, настороженно глядя на Лёху.

— Ты давно уже находишься рядом со мной. Я хоть раз причинил кому-то боль без причины? – продолжал напирать парень.

— Нет.

— А теперь скажи: по-твоему я боец или балабол? – задал очередной вопрос Лёха.

— Боец, – решительно кивнул Эльвар. – Голыми руками орка победил, это суметь надо. Такое редко бывает, чтобы человек в драке против первородного выстоял. Ты – боец.

— Вот и ты таким же стать должен, – решительно подытожил Лёха. – Знаешь, у меня на родине умные люди говорят: солдат ребёнка не обидит. А ещё говорят, что воин – это не тот, кто воевать умеет, а тот, кто защищает всех, кто в этой защите нуждается. И что каждый солдат сам должен для себя решить, кто он – воин или просто бандит в форме.

Высказывая всё это, Лёха строил фразы так, чтобы до чувствительного эльфа дошло. Нежелание причинять боль вовсе не означает, что ему не нужно умение причинить боль. Уметь и не делать и делать, даже не умея – разные вещи. Эльвар слушал парня внимательно, закусив нижнюю губу и чуть шевеля настороженными ушами. А когда Лёха замолчал, эльф опустил взгляд и долго-долго молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Лёха уже решил, что вся его лекция – разговоры в пользу бедных, но эльф вдруг выпрямился во весь рост и, решительно тряхнув своим роскошным конским хвостом, сказал: