Первая кровь - Андрей Абрамов Страница 89

Перед тем, как выбрать оптимальный маршрут, епископ поручил Артуру прощупать ближайшие окрестности при помощи урны опасности. Наставник давно убедился в эффективности подмастерья по части использования круга жизни и полностью доверял ему.

К тому же черпий развил в себе уникальную способность взаимодействия с божественными нитями, доступной лишь священнослужителям высшей веры – таинство внутреннего взора.

В сложившихся обстоятельствах подобный талант давал преимущество и сохранял фактор внезапности в случае встречи с противником.

Артур встал перед развилкой и в привычной для себя манере закрыл глаза. Установив связь с божественными нитями, он представил, как сознание отделяется от тела и возносится сквозь земную твердь.

Точная картина окружения ему не открылась, но в некоторых областях проявились туманные извилистые полосы – изгибы впередилежащих коридоров. Часть из них обрывалась чёрными ямами.

— Второй справа – светлый, насколько хватает глаз.

— Зажигай «коптильник». Я иду первым, – епископ спрятал маску в подсумок и перехватил фонарь в другую руку. – Что думаешь о том парне, с поселения торговцев?

Артур выкрутил вентиль баллона на минимум и щёлкнул пальцами перед окошечком для розжига. Занялось пламя. «Коптильником» называли шахтёрскую лампу, применявшуюся в качестве стационарного светильника в прошлом столетии. Из-за технического несовершенства устройства, газ в неё поступал под низким давлением, отчего та давала тусклый рассеянный свет. При этом выделялся большой объём копоти.

Позже, для экономии топлива, подобный режим стали использовать в современных газовых фонарях. Копоти в этом случае не выделялось, но название крепко засело в повседневном жаргоне шахтёров.

— Обычный торгаш, переживающий за своё дело.

— Обычный, да не совсем! В чём смысл врать? Отговорка, что боится за пустующее место босса, тоже так себе оправдание.

— Так он потом правду сказал. Урну-то вокруг пальца не обведёшь. Вопрос в том, пересекается эта пропажа с нашим случаем или нет.

— Обязательно спросим у горбуна, – епископ осветил стены и пол. – Проверь-ка ещё раз. А то сами ненароком пропадём.

Артуру льстило доверие наставника, но больше ему нравилось оттачивать навыки на практике. Обучение основам божьего слова в семинарии дало многое, но лишило главного – возможности узаконено использовать силу пара.

Он вновь обратился к урнам. Впереди, как и прежде всё было спокойно. Коридор понемногу забирал направо, углубляясь на пять-семь градусов. Судя по ощущениям внутреннего уха, они спустились на один этаж ниже.

Десятью ярдами левее проходил ещё один туннель. Делая крутой поворот, он соединялся с огромным прямоугольным помещением, видевшимся черпию как нагромождение плит, блоков и перекладин.

Желая оценить масштабы завала, Артур направил внутренний взор в сторону, как бы заглядывая себе за плечо. В месте, по которому они прошли десятью минутами ранее, теперь зияла чернота.

— Стой, – инстинктивно отчеканил черпий.

— Что случилось?

— Не знаю. Ерунда какая-то, – Артур закрыл глаза и потряс головой.

— Поясни.

— Пытаюсь рассмотреть то, что позади, а там пустота. Как будто прохода и не было.

— Урна иссякает?

— Исключено. Впереди-то я путь вижу. Может, вернёмся и проверим?

Ответить Брюмо не успел. Где-то в глубине коридора раздался еле слышимый металлический лязг. Епископ коброй метнулся к стене, на ходу потушив фонарь.