Корона Двух Миров - Энн Несбет Страница 9

К счастью, её спас Элиас – мальчишка презрительно фыркнул, и Линни захотелось ударить его, а это желание мгновенно высушило подступившие слёзы.

— Не волнуйся так, идиотка Линнет, – сказал Элиас. – Если Голоса придут за тобой, мы знаем, кто виноват: ты и больше никто. Так что вот. А сейчас, думаю, тебе лучше поскорее бежать домой. Твоя мама просила меня передать, что она ждёт тебя сегодня пораньше. Я искал тебя, но ты ушла в лес.

И Линни позволила Сайре снова привязать себя и отвести домой. Она не знала, что ещё говорить или делать.

Вся прелесть этого дня испарилась. А как только солнце исчезло за вершиной холма, внезапно похолодало. Линни обхватила себя руками, повернув торбу с луркой за спину, и они с Сайрой с довольно жалким видом побрели домой.

Этот день мог бы стать самым счастливым в её жизни, поскольку она совершила невероятное для ребёнка: своими руками смастерила настоящую поющую лурку. В любом другом месте она наверняка была бы на седьмом небе от счастья!

Но Линни жила в деревне Лурка, расположенной высоко в Сморщенных холмах, и уродилась неправильной девочкой.

3

Какой голос у рока

Линни сгорбившись вошла в дом и обнаружила, что мама приготовила на ужин похлёбку и любимые дочерью клёцки. Ах, эти пышные клёцки, которые как будто поют во рту, когда за окном гуляет ветер.

Но даже вкусное угощение не могло в этот вечер заставить улыбнуться встревоженную дурным предчувствием Линни. Девочка потихоньку положила торбу в свой угол, и она лежала там, скрывая свидетельства её неслыханного и тяжкого проступка. Родители вот-вот узнают о её непослушности. Как они будут потрясены, когда увидят лурку! Линни так и представляла выражение ужаса на их лицах: этот навязчивый образ безнадёжно испортил вкус любимого блюда.

Она пришла в себя где-то в середине трапезы, когда поняла, что все четыре пары глаз смотрят на неё. Взгляды родных тоже были наполнены тревогой: даже близнецы, которые, как она только что заметила, тщательно вымылись для такого случая, выглядели взволнованными.

— Что? – нетерпеливо спросила девочка у всех сразу.

— Не надо огрызаться, Линни, – сказала мама. – Ты сидишь мрачнее тучи и думаешь, что никто ничего не заметит? Что с тобой случилось сегодня? Поссорилась с Сайрой?

Напускная беспечность в её голосе не могла замаскировать беспокойство, словно по тёмной стене слегка мазнули тонким слоем краски.

— Нет! – ответила Линни, но тут же сообразила, что это неправда. – Да, – проговорила она и насупилась ещё больше.

— Ах, – вздохнул отец. – И вы разошлись по домам, разругавшись, позволив какой-то чепухе портить вам настроение. Не надо так делать, Линни. Это всё равно что замазывать лаком мух.

Жена вопросительно взглянула на него. Она выросла в другом месте, где метафоры, связанные с изготовлением лурки, не проникли так глубоко в язык.

— Это значит, что перед нанесением следующего слоя лака нужно подождать, когда просохнет предыдущий, – объяснил ей муж.

«Пятнадцать слоёв», – подумала Линни, но стиснула зубы и не выдала своей осведомлённости.

— И удалить насекомых, если они прилипли. Иначе ты будешь просто замазывать мух. Понимаешь?

— Мух! Понятно! – ответила мать. – Думаю, ничего страшного, если подруги ссорятся. Такое часто случается. К тому же сейчас все так взвинчены из-за этих глупостей, связанных с двенадцатым днём рождения.