Туманность отражений. Тайна старого замка - Олла Дез Страница 90

Я увидела, как отец Карлсон сделал было шаг вперед. Видимо, тоже намереваясь предложить помощь. Но натолкнулся на взгляд мужа, да и я одарила его грозным прищуром, и сделал поспешно шаг назад. Помощнички! Лезут, куда не просят! Ух, я вас!

— Дар, пора! — подбодрил мужа Хармод.

Вот друг Дара помощи не предлагал, и я ему была за это благодарна.

— Давай, сынок! — раздался голос старого Гуннара Йонссона Непрансона, несостоявшегося тестя, в котором сейчас слышались нотки азарта.

Дар вытянул руку вперед в сторону лодки, а я вцепилась в его другую руку обеими ладонями с каким-то непонятным мне пылом. Что я собиралась сделать? Понятия не имею. Только вдруг поняла, что по моему телу побежал жар, и весь этот жар устремился от меня к Дару.

Со стороны никто ничего не понял. Мы стояли рядом, и я держала мужа за руку. Только мы с Даром поняли, что моя магия смешалась с его. Этот поток врезался в лодку, что уже отплыла на значительное расстояние. Наша с мужем магия оплела ее, и вот уже ее и не видно. Видно только ярко-синий туман магии Дара, который дополняли в этот раз огненно-оранжевые всполохи.

Лодку заволокло туманом, и вверх вытянулся столб, похожий на водоворот или торнадо, который поднимался от воды все выше и выше. А потом точно так же, как и появился, просто растворился, рассыпавшись на множество капель, и расстелился над спокойной гладью реки. Лодка с телом исчезла.

Установилась тишина. Муж опустил протянутую в сторону реки руку. На его лице выступили капельки пота, и он сжал мои руки крепко, сильно.

И тут вдруг после оглушительной тишины раздались громкие возгласы. Гул поднялся с того места, где исчезла лодка, и покатился выше к замку.

— Нда… силен, — протянул стоящий рядом с нашей семьей Гуннар Йонссон Непрансон.

Оба брата и сестра стояли с открытыми ртами, явно потрясенные произошедшим.

Да и многие гости были ошарашены, а у некоторых я увидела испуг на лице. Вот так вам! С моим мужем нужно дружить, а не плести против него интриги.

Я улыбнулась мужу, который сейчас открыто обнял меня, и, подняв к нему лицо, громко сказала так, чтобы слышали все, кто стоял рядом:

— Я в тебе ни на минуту не сомневалась!

Дар светло улыбнулся мне в ответ и, наклонившись, отвел от лица длинную прядь рыжих волос, которые я теперь не прятала, а наоборот, всем демонстрировала.

А над рекой уже неслись возгласы:

— Да здравствует новый хозяин замка Брейдаблик!

— Да здравствует хёвдинг Бальдар Вотан Одинсон!

И что особенно было приятно, я слышала в этом гуле:

— Да здравствует новая хозяйка замка Брейдаблик!

— Да здравствует Сигрид Вотан Одинсон!

Мы вернулись в замок. Гостей было много. И если ночевать в замке многие не собирались, то на поминальную трапезу остались все. Я успела перед подачей всех блюд их проверить. Да, возможно, я перестраховываюсь, но после ночного столкновения с чернотой я уже никому и ничему не доверяла.

Дар не пил. Это я поняла сразу. Он поднимал кубок вместе со всеми, но вот сам напиток не пил, а только пригубил. А еще Дар почти не ел, хотя я утром и впихнула в него завтрак. И я поняла вскоре, почему. После небольшого застолья планировались бои. И рукопашные, и на мечах, и на меткость. Все это должно было продемонстрировать уважение к покойному бойцу и воину. Я вспомнила, что и у славян была тризна, на которой были песни, пляски и пиршество. Но помимо этого, были и военные состязания в честь покойного.