Друид. Тайные тропы - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 90

Лиза помогла отцу встать и повела его в комнату, которую Степан приготовил специально для него.

Степан стал собирать тарелки, тихо и аккуратно. Я поймал его за плечо.

— Степан. Ещё одна просьба.

— Да, барин.

— Дойди до студенческого лагеря. Пригласи всех троих ко мне в библиотеку через полчаса. Скажи, что барон зовёт.

Он кивнул и, не переспрашивая больше, ушёл. А я помог ему собрать тарелки. Хотя барон не должен заниматься подобным. Но мне было всё равно.

Потом вышел на крыльцо. Ночь стояла мягкая, тёплая, с запахом сирени. На небе горели яркие звёзды. Не городские, тусклые, а настоящие – такие, как бывают только в сельском летнем небе, когда воздух прозрачный, а повсюду – тьма.

Облокотился на перила.

Какое-то время постоял так, наслаждаясь видом. А вскоре увидел, как через двор от опушки к дому идут четверо.

— Привёл, барин, – сказал Степан, кивая на студентов.

— Спасибо, Степан. Можешь быть свободен.

Он ушёл.

Я кивнул студентам.

— Идёмте наверх.

Мы поднялись в библиотеку. Дверь со скрипом открылась – надо бы петли смазать.

— Садитесь, – указал я ребятам.

Они сели: Левачёв – в центре, на тот стул, что стоял у самого стола. Блокнот на коленях, рука наготове. Без очков он щурился.

Марина сидела на краешке кресла, спину держала прямо. Костя – в мягком, низком кресле, чтобы ему удобнее было.

Я прошёл к столу.

Там лежал особый трактат. Толстый том в тёмном кожаном переплёте, с медными угловыми накладками, потёртый по корешку – Валерьян его писал от руки и потом сам же переплетал. Книга была одна в своём роде. Второго экземпляра в мире не существовало.

Я не сразу её открыл. Сначала сел напротив ребят. Посмотрел на них по очереди – на Левачёва с его дрожащими пальцами, на Марину с её ровной спиной, на Костю, бледного, но внимательного.

И заговорил. Деловым тоном. Как я когда-то в прошлой жизни говорил со своими партнёрами в переговорной перед подписанием контракта.

— Господа учёные. Вы сегодня выполнили свою часть сделки. Вы рисковали жизнью, играли роль, шли со мной в чужое поместье и возвращались обратно пешком и на чужой лодке. Я этого не забуду.

Левачёв кивнул. Марина – тоже.

— Теперь моя очередь. Я вам обещал знания. Обещал материал, с которым вы вернётесь в Саратов с такими знаниями, каких академия ещё не ведала. Слово своё я держу. Буду рассказывать и показывать. Но у меня есть два условия.

— Погодите, мы же выполнили свою часть сделки, – делано возмутился Левачёв.

— Сперва послушайте.

Я положил руку на книгу.

— Первое. Всё, что вы от меня услышите, не покидает этой комнаты в том виде, в котором я буду рассказывать. Ваши работы, ваши публикации – адаптируете. Меняете имена, меняете географию. Выдаёте за теорию.

Левачёв очень медленно кивнул. За ним и остальные.

— Второе. Перед публикацией эту работу, как и другие, попрошу согласовать со мной. Это мы уже обсуждали.

Я обвёл их взглядом.

— Согласны?

Левачёв ответил, не раздумывая:

— Согласен, барон.

— Марина?

Она выдохнула.

— Согласна.

— Костя?

Костя ответил тихо и хрипло, но без колебаний:

— Тоже согласен.

Я кивнул.

И только тогда положил ладонь на обложку книги и открыл её.

На первой странице, чернилами с лёгкими завитушками, рукой моего покойного деда был выведен заголовок:

«О природе земли живой и силы, в ней сокрытой. Том первый».