Сила любви - Керстин Гир Страница 90

Да, к сожалению, я об этом знал не понаслышке.

— Но что бы ни случилось, ни в коем случае не выходи в сад, – продолжал он. – Там таится больше смертельных ловушек, чем я могу перечислить. И старайся не смотреть на картины на стенах, не смотри в глаза ни одному из портретов, это может полностью парализовать твоё воображение на несколько минут.

«Не думаю, что у меня будет время смотреть на картины», – хотел сказать я, но в этот момент из конца коридора послышался скрип двери.

— Чёрт! – сказал я вместо этого.

— Это просто служба безопасности, ночной сторож на обходе, – прошептал Кассиан, и, прежде чем я успел понадеяться, что нас не увидят в этой нише, он добавил уже громче: – Духовные движения можно остановить только духовными средствами.

«Что?»

Я уставился на него с недоумением. Пока эти слова эхом разносились по залу, портрет Игнасио де Лойола сдвинулся вбок. Стена за ним замерцала, как старая телевизионная схема. Лозунг с духовными движениями, очевидно, был паролем. А старик Игнасио, видимо, плохо слышал.

— Поспеши, – приказал профессор.

Мне не нужно было повторять дважды. Охранник прокричал что-то угрожающее на чешском. Было бы легче, если бы на полке не стояли книги, но я кое-как попытался встать сам перед мерцающим полем и отпустил руку профессора.

— Пойдёмте со мной!

Он покачал головой:

— Я не могу проникнуть на остров Морены, иначе она сразу поймёт, что что-то случилось. Кроме того, кто-то должен остаться здесь и не подпускать к тебе ночного сторожа, ты же не хочешь, чтобы тебя арестовали на обратном пути.

В этом он был прав. Кроме всего прочего, мне бы крайне не хотелось звонить родителям посреди ночи из полицейского участка в Праге.

Охранник снова что-то крикнул из зала, и на этот раз я услышал слово «полиция». Кроме того, раздался щелчок – возможно, сработал предохранитель на пистолете?

— Не беспокойся обо мне. – Профессор Кассиан подмигнул. – Я не просто так дожил до своих лет, знаешь ли. Важнее всего, чтобы ты и твои друзья вернулись живыми.

Меня вдруг охватило странное волнение.

— Спасибо, – пробормотал я.

Теперь он улыбался:

— Нет, спасибо тебе, Квинн. За твоё доверие.

Затем мы услышали приближающиеся шаги охранника, и профессор прошептал:

— Иди же! Не забудь оставить портал открытым и, да, ни в коем случае не трогай животных на витражах. Удачи, Квинн.

Я кивнул, повернулся к мерцающему полю и протиснулся сквозь него вперёд ногами.

* * *

Маленькая комната без окон, в которой я оказался, была бы абсолютно чёрной, если бы не свет, проникающий через портал из Национальной библиотеки. Вдоль стен тянулись полки высотой до потолка, заставленные бутылками и банками с консервами, а между ними находилась дверь с чёрными полосками.

«Чулан? Тут, на Грани? И почему от здешней атмосферы у меня по всему телу бегут мурашки?»

Прямо надо мной раздался тяжёлый грохот, между балками крыши посыпалась пыль, и стало слышно, как кто-то громко ругался на иностранном языке. Я поспешно огляделся в поисках чего-нибудь, что можно было бы просунуть в уже закрывающуюся створку портала, который с этой стороны выглядел как дверца шкафа. Поскольку бокалы и бутылки на полках казались слишком хрупкими, я быстро снял ботинки и просунул их в щель, и как раз вовремя. Я ненадолго задумался, как это, должно быть, выглядело с другой стороны – криво висящий портрет и торчащая пара туфель, – но тут снова раздался грохот, и беспокойство за Матильду вытеснило всё остальное.