Магический детокс или новогодний сюрприз для ведьмы - Виктория Дениз Страница 91

— Разумеется, дорогая. Проходите, проходите. Рейнар, можно ведь просто Рейнар? Располагайтесь, я…

Но Виола уже не слушала. Потому что из-за угла кухни, медленно, с достоинством императора, выходил рыжий кот.

Мордехай.

Он остановился посреди коридора. Посмотрел на Виолу. Моргнул. Один раз. Медленно.

Потом отвернулся и начал вылизывать лапу.

— Морди, — Виола присела на корточки. — Морденька. Я вернулась.

Кот продолжал вылизывать лапу. С видом существа, которое не заметило ничего интересного.

— Мордехай, — Виола протянула руку.

Кот посмотрел на руку. На Виолу. Снова на руку. С выражением, которое ясно говорило: «Ты уехала на две недели. Две. Недели. Ты думаешь, я просто так прибегу?»

— Он обижен, — сказала Тереза. — Первые три дня сидел у двери. Потом перебрался на твою подушку. Потом начал демонстративно игнорировать всех.

Виола почувствовала укол вины.

— Морди, прости. Я скучала по тебе. Очень.

Кот поднял хвост. Медленно, величественно подошел. Обнюхал ее руку. Сапоги. Подол плаща.

Замер.

Обнюхал снова — внимательнее, тщательнее. Нос двигался быстро-быстро.

— Он чувствует Рейнара, — шепнула Тереза.

Мордехай поднял голову и посмотрел на мужчину, стоящего у двери. Долгий, немигающий, оценивающий взгляд.

Рейнар замер, как перед дуэлью.

— Привет, — сказал он коту. — Я Рейнар. Мы… будем жить вместе.

Мордехай смотрел на мужчину еще секунд десять. Потом развернулся, подошел к Виоле и боднул ее ладонь головой.

Виола подхватила любимца. Кот был тяжелым — тяжелее, чем до ее отъезда. Тереза его явно перекармливала.

— Мррр, — сказал Мордехай. Тихо. Почти неслышно.

Потом уткнулся носом в ее шею и замурлыкал.

Громко. Оглушительно. Всем телом вибрируя, как маленький рыжий мотор.

Виола стояла посреди коридора, прижимая к себе кота, и слезы текли по щекам — глупые, счастливые, совершенно необъяснимые.

— Я тоже скучала, — прошептала она в рыжий мех. — Так скучала.

— МРРРР, — ответил Мордехай, и это означало все сразу: «Ты ужасная, ты бросила меня, я ненавижу тебя, никогда больше так не делай, я люблю тебя, не уходи».

Рейнар стоял у двери и смотрел на эту милую сцену.

— Кажется, — произнес он, — мне придется завоевывать его доверие.

— Месяца за три справишься, — Тереза похлопала его по плечу. — Если повезет. Он злопамятный.

— МРЯУ, — подтвердил Мордехай, не отрываясь от шеи Виолы.

— Прекрасно, — Рейнар вздохнул. — Начнем с еды. У тебя есть что-нибудь рыбное?

— Холодильник на кухне, — указала Тереза. — Но учти: он употребляет только тунца. И только в фарфоровой миске. Из обычной не ест.

— Разумеется, — Рейнар с серьезным лицом направился на кухню.

Мордехай приоткрыл один глаз, проследил за ним и снова закрыл. Но мурлыканье стало чуть тише — на пол-тона. Как будто кот прислушивался. Оценивал.

Виола опустила его на пол. Пушистый сел, обернул хвост вокруг лап и уставился в сторону кухни, откуда доносился звук открываемых шкафов.

— Он найдет, где тунец? — спросила Виола.

— Третья полка, за банками с травами, — ответила Тереза. — Но ему полезно поискать. Считай это первым испытанием.

Из кухни раздался грохот — что-то упало.

— Все в порядке! — крикнул Рейнар.

Мордехай встал и с достоинством направился на кухню. Не потому, что простил и легко принял нового человека. А потому, что тунец — это тунец.