Тень Элларии - Джулия Фокс Страница 91

Но я знала правду.

Я плакала потому, что сердце кричало: «Так быть не должно!». Потому что казалось, будто я стою на краю обрыва, не имея возможности сделать шаг в сторону. Потому что где-то глубоко жила глупая, отчаянная надежда, что сейчас, именно сейчас, случится что-то невозможное. Что в сад ворвётся кто-то запыхавшийся, нарушит чинный порядок, сорвёт церемонию и скажет те самые слова. Ноа… или хотя бы кто-то, кто напомнит, что у меня когда-то был выбор.

Ничего не произошло.

Музыка продолжала играть, солнце светило всё так же ярко, Корнелиус стоял рядом, сжимая мою руку чуть крепче. И я всё-таки произнесла слова клятвы. Тихо, но чётко. До конца.

Когда церемония завершилась, сад взорвался аплодисментами. Нас поздравляли, улыбались, бросали цветы, и я снова надела на себя нужную маску. Мы миновали ликующую толпу и вскоре переместились в главный зал, где уже всё подготовили для празднества.

Там царили шум и свет. Длинные столы ломились от угощений, бокалы звенели, музыка стала живее. Гости оживлённо переговаривались, обсуждая церемонию, будущее, политику и грядущие перемены. Король восседал во главе стола, довольный и собранный, а матушка рядом с ним сохраняла безупречное спокойствие. Корнелиус время от времени наклонялся ко мне, говорил что-то шутливое, будто стараясь разрядить атмосферу, и я отвечала ему улыбкой, почти искренней.

Со стороны всё выглядело идеально.

Праздник тянулся бесконечно.

Музыка сменилась уже несколько раз. Гости, разогретые вином и беседами, смеялись громче, их движения становились развязнее. Мне чудилось, что воздух в зале густеет с каждой минутой. Я же чувствовала усталость — не физическую, а внутреннюю, давящую.

Корнелиус склонился к моему уху, его голос прозвучал приглушённо:

— Хочешь исчезнуть?

Я повернула к нему голову, не сразу осознав смысл слов.

— Что?

— Сбежать, — он чуть приподнял бровь. — Сейчас. Пока они заняты собой. Всё равно по традициям мы должны ночевать вместе, так что никто не удивится, если мы уйдём первыми.

Я оглядела зал. Король увлёкся спором с советниками, матушку окружили дамы, гости полностью погрузились в веселье.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — он усмехнулся. — Я утомился. А ты… — он посмотрел на меня внимательнее, — выглядишь так, будто ещё немного и просто уснешь прямо здесь.

Я колебалась всего секунду.

— Да, — выдохнула я. — Пойдём.

Мы поднялись почти незаметно. Корнелиус уверенно повёл меня через боковой проход, известный лишь тем, кто вырос во дворце. Гул зала быстро остался позади, сменившись безмолвием коридоров, мягким эхом шагов и приглушённым светом ламп.

В его покоях было тепло и спокойно. Дверь закрылась, и тишина стала почти осязаемой. Я выдохнула и словно только сейчас позволила себе расслабиться.

— Я сейчас… — я потянулась к шнуровке на корсете. — Это невозможно носить так долго.

Корнелиус кивнул. Он прислонился к столу, наблюдая за мной без привычной насмешки.

— Хочешь, помогу?

— Да, — ответила я, не задумываясь.

Он подошёл ближе, встал за моей спиной. Его пальцы коснулись шнуровки, и я почувствовала, как корсет начинает ослабевать, позволяя наконец сделать глубокий вдох. Я закрыла глаза, наслаждаясь этим облегчением.

— Вот так, — пробормотал он. — Скажи, если будет неудобно.

— Пока всё… — я замялась, — нормально.