Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral Страница 91

Что вообще для последователей Церкви Бесконечности значит человеческая жизнь? Своих-то, тех, кто в секте, они хотят спасти, а все остальные – хоть трава не расти? Что они за мрази такие?

Как только я осознал смысл слов Элизабет, меня будто кипятком окатило. Казалось, голова превратилась в скороварку. Пока они размышляли в духе «а пусть остальные подохнут», в Исследовательском комплексе люди из последних сил боролись за жизнь! Но стоило мне бросить взгляд на винтовку в руке Син Хэряна – и злость моментально испарилась.

Информация обо мне у них, скорее всего, есть. Да что уж, наверняка есть. Но что в моем личном деле заставило их подумать, будто я способен хладнокровно убивать людей, которые мне просто не нравятся? Что, тест на личность показал психопатию?

Если нет, может, со мной что-то случилось? Физически? Да нет же. Я ведь не какой-то подготовленный боец вроде Син Хэряна. Даже смешно сравнивать. Вот взять того же Джозефа – пусть он сейчас избит и связан, но если бы мы сошлись один на один и у него было оружие, сто процентов, что он победил бы.

— Вы говорите так, будто я действительно способен убить кого угодно.

— Со временем вы сами все поймете, – ответила Элизабет с такой уверенностью, что у меня волосы на затылке зашевелились.

Только вот боевые навыки не появятся из ниоткуда, и мышцы не увеличатся, как лапша в кипятке, лишь оттого, что пройдет время.

Элизабет тем же мягким, ровным голосом продолжила:

— Подводная станция – место, которым спаситель может распоряжаться по своему усмотрению. Если пожелаете, мы выведем всех находящихся здесь людей на поверхность. Скажите только, когда начинать.

Сектанты… правда собираются эвакуировать всех со станции? Я был уверен, что они откажутся, а они вдруг спокойно пошли навстречу. Радость нахлынула на меня с такой силой, что перехватило дыхание. Чего тянуть? Чем скорее, тем лучше!

— Прямо сейчас, – выпалил я, пока Элизабет не передумала.

— Хорошо. Поняла вас.

Серьезно? Они и правда посадят в лифт всех, кто остался на Подводной станции, и отправят наружу? Тогда, может быть, и я тоже… Я тоже смогу выбраться отсюда?

Я мысленно воскликнул «Найс!» и, не выпуская рацию, победно вскинул кулак в воздух.

Но вот Син Хэрян моей радости не разделял. Он перечеркнул «нелепое и невыполнимое требование». А потом негромко, почти шепотом, сказал:

— Врут.

— А?

В ту же секунду рация снова ожила:

— Все будет исполнено так, как пожелает спаситель. Однако ради вашей безопасности мы, последователи Церкви Бесконечности, вынуждены сделать некоторые исключения.

— Что?

Стоило услышать слово «исключения», как меня охватило дурное предчувствие, будто я пропустил в договоре важный пункт, написанный мелким шрифтом. Сердце сжалось, по телу пробежал холодок.

Где-то вдали послышался дрожащий голос Чон Санхёна:

— П-погодите! Вы же сами сказали, что отпустите нас! Я слышал! Только что, когда говорили с Пак Мухёном, вы пообещали, что отправите нас на поверхность!

Элизабет холодно ответила:

— На поверхность мы вас отправим. Мы обещали сохранить жизнь и сдержим это обещание.

Следом раздался крик. Потом – резкий, скрежещущий звук, будто что-то пилят или режут. Крики Чон Санхёна стали пронзительными, почти как женское сопрано, – совсем не такими, как его прежние всхлипы. Выстрелов не было, только мерзкий скрежещущий звук.