В черной краске становишься черным. Том 1 - Юй Сы Страница 92

Молодой человек широко ухмыльнулся.

— А я как раз искал вас, – он крутанул в руке костяным веером. – У меня новая информация.

Мо Хэ редко обращал внимание на одежду и украшения других людей, потому веер ему ни о чем не говорил, а вот Гу Вэньвэнь ахнула:

— Это же… я его где-то видела! – она показала на веер.

— У сестрицы Вэньвэнь хорошая память, – хмыкнул Се Юньци, раскрывая веер и обмахиваясь им. – Да, это веер секретаря генерал-губернатора. Я узнал кое-что интересное.

Мо Хэ вскинул брови:

— И что же?

— О, это долгая история, даочжан, – проговорил Се Юньци и вдруг посерьезнел. – Боюсь, в двух словах не рассказать. Почему бы нам не вернуться на постоялый двор и не обговорить дальнейшие действия? Боюсь, что ситуация оказалась хуже, чем мы думали.

Мо Хэ бросил взгляд на ямэнь за спиной и помрачнел.

— Сейчас есть дела поважнее, – произнес он. – Люди на руднике в опасности, нужно немедленно увести их.

Се Юньци скрипнул зубами, а затем хмыкнул:

— Даочжан, сейчас глухая ночь, что вы хотите сделать? Неужто ворваться в ямэнь, вытащить генерал-губернатора из постели и силой принудить его закрыть рудник? Рудник – это место добычи меди в уезде, главная опора восстановления былого величия Сянъяна; генерал-губернатор уже ясно дал понять, что ни за что не закроет его, – он вовсю отрицает слухи о лигуях, и даже бегство людей из города ему не помешало, что уж говорить о безымянном заклинателе.

Мо Хэ немного растерялся. На самом деле примерно такой план у него и созрел в голове. Он был довольно прямолинейным человеком и не очень хорош в интригах, особенно в делах чиновничьих.

— Но лигуи действительно существуют, и они атакуют работников. Учитель лично разобрался с одним из злых духов, но если не поторопиться, то живые окажутся в опасности, – пришла ему на помощь Гу Вэньвэнь. – Учитель не зря беспокоится, что ситуация может усугубиться.

Се Юньци снисходительно усмехнулся, но затем выражение его лица вновь стало почтительным.

— Се Юньци понимает, но в связи с новыми сведениями… – он покосился на стражников, которые подозрительно смотрели на них. – Давайте уйдем отсюда, и я все объясню.

Он сделал приглашающий жест, и Мо Хэ после некоторых колебаний все же последовал за ним, понимая, что обсуждать что-то перед ямэнем не стоит. В конце концов, не мог же он в самом деле ворваться к местным властям. Пусть в мире заклинателей он и сделал себе имя, но среди смертных был лишь простолюдином…

Губы Се Юньци слегка изогнулись, но он тут же нацепил обеспокоенное выражение. Втроем они быстро вернулись в «Восемь драгоценностей», и, когда уселись за столик, Се Юньци не стал больше томить:

— Секретаря генерал-губернатора зовут Лянь Гуй, и он старший сын господина Ляня, богатейшего человека Сянъяна. Именно старший Лянь надоумил Цай Южуна открыть рудник, чтобы набить свои карманы. И именно он спонсировал его разработку. Однако главная цель Ляня и Цая – не бедный медный рудник, это лишь прикрытие… – он заговорщицки понизил голос: – для разграбления кургана наместника Цзинчжоу!

— А что в кургане такого особенного? – обратилась Гу Вэньвэнь к Се Юньци.

На удивление ей ответил Мо Хэ. С очень серьезным лицом он проговорил:

— Последним наместником древнего Цзинчжоу был Лю Бяо[137]. В период смуты он отхватил себе самый лакомый кусочек земель и хранил нейтралитет. Однако затем он сделал неверную ставку – приютил врага Цао Цао[138], и в результате Сянъян был залит кровью. Лю Бяо повезло – он скончался до того, как Сянъян пал, а потому никто точно не знает, где он захоронен. Однако, когда Цао Цао вошел в город, казна этой богатейшей провинции была пуста. Все несметные богатства, накопленные Лю Бяо при жизни, пропали с его смертью.