Крест за Базарджик - Андрей Булычев Страница 92

— Я тебе подскажу! – буркнул Тимофей. – Беречь лучше нужно людей! Не дело это туда-сюда их кидать!

— Да кто не бережёт?! – воскликнул обиженно Димка. – Я, что ли?! Это всё засада та, будь она неладна! Я, что ли, виноват, что сипахи такие ушлые оказались? Да у меня взвод во всех последних сшибках всегда впереди!

— А мои фланкёры позади?! – повысил голос Тимофей. – Ты давай одеяло-то на себя не перетягивай!

— Гончаров, Марков, чего разорались?! – выехав из колонны на обочину, рявкнул Копорский. – Вы ещё при подчинённых бузу мне устройте! Чего не поделили?!

— На людей моих покусился, – бросил, нахмурившись, Тимофей. – А у меня каждый человек на счету! Как что – всегда ведь фланкёров вперёд кидают. И так семи человек нет во взводе.

— Нашли из-за чего орать, – отмахнулся капитан. – До холодов подкрепления не будет, даже не надейтесь. Воюем как есть.

Глава 6. В дальний дозор

Отошедший после сражения в Козлуджу отряд генерал-майора Войнова оставался там две недели, ведя наблюдение за причерноморской Варной и всеми территориями от Шумлы и до Траянова вала. Главнокомандующий опасался десанта турок, и дозорные отряды кавалерии высылали для объезда местности ежедневно.

Августовское солнце нещадно палило, и стоявшие в карауле у крепостных ворот мушкетёры старались спрятаться от него в тень.

— Сто-ой! Пропуск! – рявкнул усатый унтер, перехватив фузею с примкнутым штыком. – Кто старший?!

— Прапорщик Гончаров! – Подскакавший во главе отряда драгун офицер, перегнувшись, подал бумажный лист.

— Минуту, вашбродь, сейчас только господина поручика позовём, – разглядывая чернильную печать с орлами, произнёс унтер. – Сами понимаете – служба. Велено только старшему всего воротного караула отряды из крепости выпускать и в неё запускать. Матвей, пулей к поручику! – крикнул он молодому солдату. – Он к Стефану-сапожнику в мастерскую отошёл. Скажи – драгуны опять выезжают!

— В дозор, вашбродь? – поинтересовался он у драгунского офицера. – Во-во, перед вами ещё три отряда из вашего полка выскочили и казаки. Нелегко, наверное, в такую вот жару по степи ехать, мы и то здесь у этих стен зажарились.

— Дело привычное, – проговорил, поправляя перевязь водоносной фляги, Тимофей. – Да и не всё ведь время по открытому месту идёшь, бывает, по лесу или у реки, а там хоть какая-то прохлада.

— Это да-а, у реки сейчас благодать, – не стал возражать унтер, покосившись на блестящий солдатский крест на груди у прапорщика. – Давно в офицерах, вашбродь?

— Два года, – ответил Тимофей. – А ты где Аннинскую медаль получил?

— За Фридланд дадена, ваше благородие. – То погладил на груди красную с жёлтым ободком ленту. – Знамя с дружком мы полковое отбили. Нам все мундиры тогда изодрали французы. Ну ничего, уберёг Господь. Видите, после мира с ними уже сюда турок воевать привели. А у вас, позвольте спросить, Егорий с Анной не за баталии с Бонапартием тоже дадены?

— Нет, за Кавказ. Не доводилось мне пока ещё с французом в открытой битве на коне сходиться.

— Хорошие воины, – уважительно произнёс мушкетёр. – Бойчее турок в разы будут, а ещё ведь и умелые, к победам привыкшие. Я бы сказал, что спесивые даже. Таких ох и непросто ведь бить. Хотя вроде как союзники они наши сейчас?

— Ничего, придёт время – собьём спесь, – проговорил задумчиво Тимофей. – Это пока мы союзники.