Академия Эвейл. Вместе мы справимся - Анна Василевская Страница 93

Этьен снял куртку и бросил ее на песок. Рядом уже стояла сумка, которую я видела у месье Дюкре, когда мы возвращались с бала. В леваде было тепло, согревающие артефакты поддерживали здесь комфортную температуру, несмотря на зиму вне купола.

— Как насчет пикника? — он сел на свою куртку и зарылся в сумке, — а то я проголодался, пока тащил этого упрямца.

На свет появилась сначала скатерть, которую Этьен расстелил рядом. А затем начал доставать из сумки закуски, которые я видела на балу.

— Ты что, ограбил стол с закусками? — от удивления я перешла на ты и смутилась, — то есть я хотела сказать вы ограбили.

Прозвучало еще более нелепо и жар опалил мои щеки. Я так привыкла называть его на ты в своих мыслях, что рано или поздно что-то подобное должно было случиться, но все равно было стыдно. Этьен грустно усмехнулся.

— Садись уже. И ты можешь называть меня на “ты” и по имени. За исключением тех моментов, когда я буду вести у вас лекцию.

Я понятливо закивала. Стянув защитную куртку, я расстелила ее рядом с импровизированным столом, на котором появлялись все новые угощения, которые Этьен раскладывал на картонки. Последним он вытащил бутылку с кислотно зеленым коктейлем, тем самым, который я пила на балу.

— И я все это вовсе не украл, а попросил снабдить нас сухпайком, раз нам приходится нести боевое дежурство во благо академии.

Слова Этьена были шутливые, губы растянулись в улыбке, но тень в его глазах говорила о том, что его по-прежнему что-то тревожит. Я это видела и не знала, как ему помочь. И не найдя ничего умнее, спросила прямо:

— Почему ты грустишь?

Этьен в это время разливал нам напитки и услышав вопрос, разлил яркую жидкость прямо на скатерть.

— Проклятье! — он начал вытирать лужу салфетками, которые тоже прихватил с бала.

Я молчала, желая взять свои слова назад. Молчание затягивалось. Я уже надеялась, что он забудет о моем нетактичном вопросе.

Этьен налил нам по пузырящемуся коктейлю и отдал один из стаканов. Глаза его были наполнены болью и он смотрел куда-то прямо перед собой. Где-то в углу левады поскуливал Тит. Более нелепого свидания и представить себе было нельзя.

— Этот новый год, — начал не своим голосом Этьен, — первый, который мы с сестрами встречаем без матери.

Мурашки пробежали по моей коже. Все встало на свои места — мрачный вид Этьена, его переезд из столицы и повышенное внимание к здоровью сестры.

— А папа? — тихо спросила я.

Этьен покачал головой.

— Он умер пять лет назад.

Мне стало так больно за него и за его сестер. Вспомнился наш первый новый год без отца. Тогда я проплакала целый день. Так и не выйдя поздороваться с родственниками, которые приехали на ежегодную вечеринку, которую устраивала моя семья. В тот год впервые все организовывала тетушка Наоми, а мама только ходила тенью самой себя по дому и ни с кем не общалась.

Я протянула руку и сжала запястье Этьена.

— Мне так жаль, правда, если я чем-то могу помочь… хотя чем тут можно помочь.

Он кивнул, принимая мои слова. Какое-то время мы ели молча, думая каждый о своем. Слова Этьена всколыхнули мои воспоминания о папе и я утонула в них, как будто все случилось недавно

Отвлекли нас вспышки салюта. Звери, только что бегающие по песку, тут же притихли и заозирались. Хлопки слышались приглушенно, то и этого было более чем достаточно. На темном куполе отражались мутные вспышки.